Опасная девочка миллиардера

Идея разговаривать на нейтральные темы кажется неплохой.

— Владелец этого ресторана один из моих клиентов и мой давний приятель. Так что, никаких секретов, все просто.

— Ясно.

Слегка повожу плечами и принимаюсь за еду.

— И…думаю, ты можешь называть меня на «ты». Все же, Женя, нам работать вместе ближайшую неделю.

Этот вопрос тоже не дает мне покоя.

— Когда мне предлагали контракт, речь шла только о двух участниках. Вас не было в списке.

— Тебя. Мы же договорились перейти на «ты».

— Вас. Несмотря на то, что мы с вами ужинаем сегодня, Давид Георгиевич, я не хочу переходить личные границы.

— А как поживает твоя сестра? Юля, кажется?

Я успела заменить бокал с вином на стакан с водой и в момент вопроса как раз собиралась сделать глоток. Теперь же закашливаюсь.

— Юля? — переспрашиваю.

Вот так, одним вопросом он сбивает с меня всю деловитость и собранность, которую я так тщательно стараюсь показать.

— А у тебя есть еще одна сестра?

Отрицательно мотаю головой.

— Значит речь о ней.

Я не готова к такому повороту, но пытаюсь приободрить себя тем, что, по крайней мере, мы не затронем опасную для меня тему про Верочку.

— Мы практически не общаемся, — говорю я и поднимаю взгляд на Бергмана.

— Да?

Светлые глаза смотрят внимательно, он будто старается проникнуть в мою голову.

— Да. Перестали общаться после того случая, когда мы с ней…

На секунду останавливаюсь, но решаю не ходить вокруг да около.

— Когда мы с ней прилетели в Германию. Если вы помните те события.

Снова замолкаю, но он не торопит.

Мне приходится продолжить.

— После нашего с вами разговора, когда я… — тут выдыхаю и набираюсь смелости, ведь чтобы произнести то, что собираюсь, мне требуется вся сила воли.

— Когда я соврала, что беременна от вас, потому что хотела получить деньги, и моя затея провалилась, я полетела обратно домой. А Юля…отправилась с вами. Вот с этого момента мы и перестали общаться. Вы ведь с ней встречались? Или уже не помните?

— Я прекрасно помню тот разговор с тобой и Юлю. Насчет тебя…ты сильно расстроила меня тогда. Тем, что врала, а еще больше тем, что так легко согласилась на аборт. Знаешь, к мужчинам моего…статуса довольно часто обращаются с подобными рассказами, чего только не навыдумывают.

Он замолкает на секунду, будто подыскивая нужные слова.

— Хотелось посмотреть на твою реакцию. На самом деле я давно уже подумываю о семье, но для меня важно, чтобы моей будущей жене был интересен я сам, а не мои деньги. И разные роды шантажей я не приемлю.

Я во все глаза пялюсь на Бергмана, забыв о приличиях, обо всем. Что это значит?

— Теперь насчет Юли. Ее сложно забыть.