И вот мы отправились втроем: егерь Валя Лысков, ныне покойный, невысокий и крепкий такой парень, американец — этот самый олимпийский чемпион и я. Вышли вечером, километров восемь по тающим снегам пехом, остановились на ночлег уже в темноте, потому на подслух я в одиночку пошел. А токовое болото водой залило, и среди этого озера сосновая грива, где и собрались глухари. Наслушался их всласть, вернулся к костру и объясняю чемпиону, что на ток ему не пройти в ботинках, воды выше колена, и бродни свои предлагаю. Он примерил — не лезут, лапа тоже чемпионская, у Валентина же еще на два размера меньше — хоть назад возвращайся.
Я ему говорю, мол, давай я утром сбегаю, добуду петуха тебе и домой пойдем. Но американец ни в какую, дескать, я заплатил деньги за удовольствие и потому сам должен отстрелять и получить его, да еще расхрабрился, поскольку к бутылке приложился и маячит, мол, выпью виски и вброд пойду: видно, не понимает, что вода ледяная и воспаление легких обеспечено."
"До утра просидели у костерка, подремали, чуть свет подходим к болоту, чемпион воду потрогал и глаза вытаращил. Я остался на берегу, а Валентин — вот же проклятая егерская работа! — посадил американца на плечи и стал подходить с ним к поющему глухарю.
Поднес, пальцем указал, а олимпийский чемпион — промахнулся!. С тридцати шагов по сидячему не попал! Валя его чуть в воду не сбросил от злости, и хорошо, что глухари привыкли к иносказательной русской речи, а американец не понимал ее, а то бы в ООН нажаловался. А так лопочет, мол, стресс, стресс — впервые увидел такую птицу, взволновался и рука дрогнула. Конечно, это не по глиняным тарелочкам палить.
Егерь говорит, чемпиона наверху так затрясло, что у него внизу аж зубы зачакали. Поставил его Валентин на сухую гриву и показывает на пальцах, дескать, ты тут можешь охотиться, а мы домой пошли — чтоб напугать. Тот сел на камень у воды, как Аленушка, и сидит. Егерь приходит ко мне, матерится, столько времени убил, на плечах возил и в результате ничего не заработал: за каждого отстрелянного глухаря им по 50 долларов платили. И тут у нас созрел замысел, как вернуть Валентину деньги, не зря же извозчиком работал. Я зашел с другой стороны тока, отстрелял глухаря и бросил его на гриве, а Валентин растолковал чемпиону, что тот промахнуться никак не мог, значит, точно ранил, дескать, пошли искать.
Повел его по гриве и нашел — все довольны, американец же по этому случаю и дабы стресс снять так принял на грудь своей самогонки, что потом под руки вели.
Я вовсе не хочу сказать, что охотники-иностранцы все такие недотепы. Встречаются вполне достойные, стреляют метко, и уезжают с трофеями, и потом даже книжки пишут, как охотились в России.
3
0
