2
0
Это был Павел. В джинсах, белой футболке, гладко побритый и вкусно пахнущий.
– А я пришел попрощаться, – сообщил он и кивнул на сумку, стоящую у его ног.
– Улетаете? – сухо спросила Валя.
– Да. А вы?
– Позже.
– Спасибо за то, что составили компанию в джунглях, – улыбнулся Павел.
– У меня не было выбора.
– Выбор есть всегда.
– Тогда и вам спасибо. Прощайте.
– Нет, – Павел покачал головой, – до свидания. Уверен, очень скоро мы увидимся при других обстоятельствах. Да, до свидания. И передавайте привет «Профи-круз»!
Подхватив сумку, он развернулся и спокойно направился к лестнице, а Валя резко закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.
– Вот и все… вот и все… – прошептала она и сжала губы.
«Мы больше никогда не увидимся. И ты никогда не узнаешь, как я назвала наш плот. Никогда. Тебя это совершенно не касается и никогда касаться не будет… А назвала я его – «Малышка Ксю». Понятно?! Это имя моей дочери. Самой лучшей крошки на свете! Я думала о ней каждый метр пути, и мысли о ней давали мне силы! Да-да, я сильная, потому что у меня есть она! А тебя я забуду… прямо сейчас… раз, два, три – я тебя забыла. Прощай!»
***Базилюк приехал в семь часов вечера.
«Что он скажет? Я не хотел бы узнать о ней ничего такого». – До чего же неуютно в душе, словно там поселилась лихорадка, которая пока не набрала силу, но уже причиняет болезненное беспокойство.
Софья Одинцова.
Наоборот, он должен желать узнать о ней больше, а именно: нечто со знаком минус, что поставит точку и наконец прольет свет на происходящее, но… Да, должно быть плохое, иначе не объяснить ее добровольное пребывание в его доме. Но он не хочет правды. Сидит за письменным столом и не хочет!
– А задачку твою, Кирилл Андреевич, я решил! – с радостными нотками в голосе, не удержавшись, выпалил Базилюк. – И ты даже не представляешь, куда привела меня дорожка кривая. Это я о Софье Одинцовой.
– Я понял. И?
– Все оказалось очень просто. – Василий Васильевич откинулся на спинку стула, положил ногу на ногу и продолжил: – Она была замужем. Чуть более года. Ничего особенного, какой-то актер… Полагаю, по молодости закрутилось, а затем перегорело. Обычное дело. – Базилюк замолчал, растягивая удовольствие.
– Тогда какая разница, была она замужем или нет?
– Огромная! Кирилл Андреевич, огромная! – Василий Васильевич подскочил, сделал несколько торопливых шагов, вернулся и ухватился за спинку стула.
