2
0
– Сначала обед, – назло, желая оставить последнее слово за собой, прочеканил Кирилл.
– Увы, мы не едим зеленый суп с проблемными перепелиными яйцами, – улыбнулась Соня и добавила: – Ксюша, неси свой плед в мою комнату, начнем мастерить поделку под названием «Здравствуй, лето!». Кстати, Кирилл Андреевич, не завалялось ли у вас чего-нибудь коллекционного от Фаберже? В качестве центральной фигуры нам бы очень пригодилась незамысловатая перламутровая безделушка.
Не дожидаясь ответа, Соня направилась к лестнице, а Ксюша устремилась за ней.
Кирилл проводил их тяжелым взглядом, бесшумно вздохнул и пошел в кабинет.
– Василий Васильевич, как поживаешь? – прижав мобильник к уху, Комлев заходил от письменного стола к окну, затем к шкафу и обратно.
– Да вроде нормально. Погодка сегодня отменная.
– Хочу тебя кое о чем попросить.
– Давай, Кирилл Андреевич.
– Речь пойдет о Софье Одинцовой.
Базилюк, посвященный почти во все обстоятельства, за исключением личных моментов, мгновенно оживился и даже пару раз кашлянул, прочищая горло.
– Что еще стряслось?
– Понимаешь ли, она не ушла.
– Может, охраны испугалась?
– Нет, она чувствует себя здесь комфортно и никуда не торопится.
– Значит, надеется окрутить тебя. Дело житейское!
– Нет. Раньше, вероятно, хотела, но сейчас все иначе. Не знаю, как объяснить. Каждый ее выпад – мне назло, но, собственно, с какой стати? И должна, должна она испытывать некоторую боязнь после случившегося.
– Ты хочешь, чтобы я немного порылся в ее биографии?
– Мне необходимо понять, что происходит.
– Хорошо. Сделаю! Но мне кажется, она втрескалась в тебя по уши и именно поэтому не спешит домой.
– Нет, – покачал головой Кирилл и добавил еле слышно: – В ее душе по отношению ко мне нет ничего хорошего…
«За что же ты меня так сильно не любишь, Соня?» – задал он себе вопрос. Сердце дернулось и заныло.
***"
"Рис и жареные бананы – сколько хочешь. И как Павла Этлиса после таких злоключений может не устраивать дохлый кондиционер или отсутствие сауны? Валя, отмывшись, переодевшись, немного перекусив, лежала на кровати и смотрела в потолок. Любая мысль, с чего бы она ни начиналась, так или иначе притормаживала на Павле.
Хватит, пора собирать вещи, хотя собирать особо нечего… Нужно еще договориться о нескольких звонках. Завтра она будет дома.
Раздался уверенный стук в дверь. От неожиданности Валя вздрогнула и села. От резкого движения мгновенно заболели мышцы.
– Сейчас, – бросила она, сунула ноги в шлепки, встала, подошла к двери и открыла ее.
