Обманутая

Чистый стакан на полке.

Я тщательно прополоскала рот и попыталась собраться с мыслями. Потом, повернувшись к Афродите, решила не тратить время на пустую болтовню и сразу перешла к делу:

— Как ты отличаешь видение от обычного сна?

Афродита села на одну из постелей и задумчиво поиграла своим длинным золотистым локоном."

"— Трудно объяснить. Настоящее видение чувствуешь нутром. Видишь ли, видения — это совсем не то, что о них думают. Они не бывают приятными, понятными или романтичными, как в сопливых фильмах. Они изматывают. По крайней мере, настоящие. Короче, так тебе скажу. Если, открыв глаза, чувствуешь себя дерьмово — у тебя было видение. Если пет — просто сон. — Она внимательно посмотрела на меня своими прекрасными голубыми глазами. — Если я правильно поняла, ты теперь тоже их видишь?

— Сегодня утром я решила, что мне приснился сон, вернее — кошмар. Сейчас думаю, это было видение.

Уголки губ Афродиты едва заметно дрогнули.

— Сочувствую.

Так, с этим все было ясно, пора переходить к следующему вопросу.

— Что творится с Неферет?

Лицо Афродиты стало бесстрастным как маска.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне кажется, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. С ней что-то не так. Я хочу знать — что.

— Правда? Но ведь ты — ее маленькая воспитанница. Ее любимица. Ее новая золотая девочка. Неужели ты думаешь, я скажу про твою мамочку что-нибудь плохое? Я, конечно, блондинка, но не до такой степени!

— Если ты так плохо обо мне думаешь, зачем предупредила, чтобы я не пила то, что дала Неферет?

Афродита отвела взгляд.

— Моя соседка по комнате умерла через полгода после того, как сюда поступила. Неферет дала мне свой элексир. Я его выпила. И он подействовал. Очень сильно и очень надолго.

— Я не понимаю… Как именно?

— Боль исчезла, мне стало легко и безразлично. Видения прекратились. Не навсегда, недели на две. А потом я уже не могла вспомнить ее лица. — Афродита помолчала, глядя в угол. — Ее звали Венера. Венера Дэвис. — Она подняла голову и посмотрела мне в глаза. — Вот почему я назвала себя Афродитой. Мы были лучшими подругами, и нам казалось, это звучит ужасно круто — Венера и Афродита. — Я впервые увидела в глазах Афродиты грусть. — Я заставила себя вспомнить Венеру, и с тех пор никогда ее не забываю. Мне показалось, ты тоже не хочешь забыть Стиви Рей.

— Не хочу! И не забуду. Спасибо тебе.

— А теперь иди. Не нужно, чтобы кто-то узнал, что мы с тобой разговаривали, — сказала Афродита.

Пожалуй, она была права. Я повернулась к двери, и Афродита сказала мне в спину:

— Она хочет, чтобы ты считала ее хорошей, но на самом деле она совсем не такая. Не все то золото, что блестит, и не все то зло, что прячется в тени.