1
0— К чему эта игра?
— Исключительно в познавательных целях, — слукавила я. — Мне бы хотелось побольше узнать о взаимоотношениях, а наша встреча и вынужденная изоляция — прекрасный способ достичь моей цели, при этом сохранив независимость. Так что это исключительно для работы.
Вроде прозвучало убедительно.
На самом деле я ведь и не врала — просто немного недоговаривала.
Да, мою продуктивность после вторжения драконов сложно было не отметить, и пусть это было приятным дополнением, но стоило уже признаться: я хотела поверить в сказку. Разрешить себе несколько дней думать, будто все происходящее — правда, а потом, по завершении, вылить это на бумагу, сохранив теплые воспоминания в сердце.
Это же все обязательно закончится. Обязательно. А так я останусь только в плюсе, с какой стороны ни посмотри. Но, прикрыв все скупой мишурой про работу, я не спешила открывать сердце драконам, которые подвох ощутили, но лжи не почувствовали.
— До конца насыщения?
— До конца насыщения, — подтвердила я. — Каждый получит то, что он хочет, и возможно, после мы останемся добрыми товарищами, — хмыкнула, сама не поверив своим словам.
Пара в комнате, казалось, стало еще больше. Он превратился в вязкий, густой дым, жаром проник под кожу и тонкой пленкой пота выступил на спине.
Волнение. Оно ощутимым грузом осело на плечах, слегка сдавливая горло, но я продолжала терпеливо, но главное, молча, ждать их ответа.
Но драконы хранили тишину слишком долго, время от времени переглядываясь и будто бы мысленно друг с другом разговаривая.
— Хорошо, — наконец подал голос лунный.
Вновь руна в воздухе, закрепляющая клятву, и дышать становится немного легче — ровно до секунды, пока Тайрос не встал на ноги и не произнес, заставляя меня густо залиться краской:
— А теперь в постель, Ханнари. Устраивайся поудобнее.
Глава 11
— Звучит пугающе, — пролепетала я, но поднялась, чувствуя, как руки трясутся от напряжения, закручивая тугую спираль под ребрами.
Страшно. Но я же не трусиха? Тем более сама предложила! И тот самый нестерпимый зуд любопытства начал расцветать бурными красками, подталкивая меня к решимости.
Что мне терять, в самом деле? Верность я никому не хранила, о произошедшем трепаться не собиралась, а сами драконы могут говорить кому угодно, это меня уже касаться не будет.
На подгибающихся ногах побрела до горы подушек и вскарабкалась на вершину, не находя уверенности, чтобы опуститься на лопатки. Мужчины медленно потянулись ко мне, не скрывая огня в глазах, который рвался наружу яркими всполохами и замирал вспышками на радужке.
