Невольница драконов. Семь дней на любовь (СИ)

Девушка недоумевающе на меня посмотрела, и как-то неоднозначно дернула бровью.

— Лира, ты очень красивая — так, что о шраме забываешь, едва его заметив. И ты правда светишься, словно настолько счастлива, что остается только позавидовать. Уверена, повелитель не раз тебе это говорил! — совершенно забыв о личном пространстве, выпалила я.

— Ты права, — согласилась она. — Но чувствую я себя иначе. Рейгорн любит меня любую, нельзя воспринимать его слова как единственно правильные.

— Так поверь моим, — не сдавалась я. — Ты преувеличиваешь значимость своего шрама.

— Ты правда так думаешь?

— Определенно, — кивнула я.

Странно вздохнув, она опустила черные пушистые ресницы, прикусывая щеку изнутри. Было видно, что девушку обуревают сомнения, видимо, обуревавшие ее настолько сильно, что спорить с ними едва хватало сил.

— Я все равно боюсь, — призналась она, удивительно элегантно присев в кресло напротив. — Он такой… жуткий, что игнорировать его не получается, хоть я и живу с ним практически с детства.

— Ты заблуждаешься.

— Ах-ха-ха, — засмеялась она.

На ее лице вновь выступил внутренний свет, становясь таким притягательным, что хотелось смотреть на него еще дольше.

— А вы давно вместе? Прости за любопытство.

— Семь лет. Он поймал меня в поле, пока я собирала ягоды, утащил к себе и больше никуда не отпускал. Да я и не хотела больше никуда идти. Влюбилась, как девочка, сдавшись от его напора и ласки. Рей только кажется суровым и злым, но на самом деле заботливый и нежный.

— Не могу не согласиться, — кивнула я, прижимая пальцы к онемевшей щеке.

— На самом деле, это не так уж и хорошо — в первую очередь для него как для повелителя.

— Почему?

— Он очень старается окружить меня вниманием, чтобы я не скучала здесь в одиночестве. А я знаю, что порой ему нужно отлучаться по своим делам, чтобы продолжать править, как прежде. Мы часто спорим по этому поводу, но, увы, он меня не слушает.

— Как и ты его, — намекнула я, и девушка удивленно распахнула глаза, в которых сверкнуло озарение.

Она несколько раз моргнула, прогоняя с лица растерянное выражение, и задумчиво хмыкнула.

— Возможно, ты действительно права. Наверное, мне пора прекращать отсиживаться на вершине горы, жалея себя. В первую очередь, ради Рея. Он, кстати, рассказывал мне о вас, — призналась Лира, любопытно склонив голову к плечу. — Говорил, что вы странные, а ты упрямая, как осел.

— О, это мне тоже говорил! И не раз!

Немного посмеявшись, мы удивительно тепло замолчали, думая каждый о своем, но девушка первая нарушила тишину.

— Ты голодна?

— Немного. Но голова все же кружится.