4
0
Уже что-то.
Потом я звоню маме справиться о её здоровье, мы болтаем минут сорок. Она очень скучает за внуком.
К пяти еду за Ромкой. Воспитатель хвалит его, говорит, что он очень контактный и быстро подружится с другими детьми.
— А ещё Ромчик очень активный, — улыбается она. — Вот у нас через несколько дней будет мероприятие «Мама, папа, я — спортивная семья» между несколькими садами, и Ромочка первым руку поднял. Сказал, что мама и папа у него молодые и сильные и вы обязательно победите.
Я уже открываю рот, чтобы возразить, но воспитательница мне не даёт.
— Заявку мы отправили. Да вы не волнуйтесь, это не Олимпийские игры, — смеётся. — Замечательный праздник! И семью сплачивает, и детки радуются. Да ещё и честь сада защитите! Я посмотрела биографию отца Ромочки, он КМС в лёгкой атлетике. Вот только представьте, как это полезно будет для всех детишек! Вам и самим понравится, будете потом каждый год участвовать!
— Мама, папа обрадуется! — пищит Ромка.
Несомненно.
Что ж, Нажинский, тебя ждёт сюрприз.
15
— Нет, — безапелляционно отрезает Нажинский.
— Я тоже не горю желанием, но уже поздно, — складываю руки на груди сердито. — Ты хотел растить сына? Добро пожаловать в программу «Всё включено». Иначе и начинать не стоило.
— Я не буду скакать с мячиком в детском саду на потеху кому-то, — кривится он. — К тому же в четверг у меня общее собрание глав отделов.
— Папа, ну пожалуйста, — хнычет Ромка, но Нажинский сначала и не смотрит на него.
И лишь когда Рома начинает горько рыдать, вдруг в каком-то немом удивлении смотрит на сына, будто видит его впервые, а потом в шоке на меня.
А что я? Я особо не волнуюсь, потому что умею различать, когда сын рыдает от боли или сильной обиды, и требуется моё вмешательство, а когда в попытке манипулировать. Поэтому просто пожимаю плечами. Дескать «ну давай, папочка, решай вопрос с истерикой».
— Зачем ты плачешь? — спрашивает Нажинский, сдвинув брови. Интересная постановка вопроса. Люди вообще плачут не зачем-то, а из-за чего-то. — Это непродуктивно.
А, ну да, точно. Непродуктивно.
Ромка, услышав незнакомое слово, замолкает и только шмыгает носом, глядя на отца.
— Вот, — протягиваю Нажинскому свой телефон. — Звони воспитательнице сам и объясняй.
Бросив на меня нечитаемый взгляд, Ярослав забирает телефон и звонит воспитательнице.
— Добрый день, это Нажинский. Да… отец Жадана Романа. Вынужден сообщить…
Он вдруг замолкает и только моргает в ответ на поток слов на том конце связи.
— Хорошо, — говорит он и отключается через минуту. А потом уже смотрит на меня, сдвинув брови. — Надо купить одинаковые спортивные костюмы.
— Ура! — с восторгом пищит Ромка и обнимает офонаревшего Нажинского за колени, а потом срывается в свою комнату, напевая песню.
