3
0Я не любила опаздывать и намерения измучить Небесного ожиданием не имела. Поговорим и разойдемся. Сильно не наряжалась, но и бедной страдалицей выглядеть не хотела. Я красивая, молодая, желанная. Мужчины оборачивались мне вслед. И ОН тоже обернется и не раз, только мне плевать.
Вошла внутрь: посадка полная и возле стойки толпились люди. Вечером здесь делали неплохие кофейно-алкогольные коктейли. Я пробовала горящий шоколад — симпатично.
Дима сидел в глубине зала, у стены и смотрел прямо на вход. На меня. Я не сразу шагнула навстречу, дала себе пару секунд на вдох-выдох.
Шаг, второй, еще и еще. Я шла и отмечала все, что не увидела сегодня утром. Как его изменило время: другая стрижка, модная нынче брутальная щетина, плечи стали шире, стиль в одежде свободнее. Резкие скулы, нос с характерной горбинкой, плотно сжатые губы. Такой же. Только на лице отпечаталась странная горечь. Несвойственная Диме. Я такого не помнила."
"— Здравствуй, — сказала, присаживаясь. Он поднялся навстречу, хотел проявить галантность, но я пресекла попытку.
Дима хмыкнул и с непроницаемым лицом упал в кресло.
— Ты хотел поговорить. Слушаю, — начала первая, не выдержав пристального тяжелого взгляда.
— Ты очень красивая, Ален, — сказал низким интимным голосом. — Таких больше нет, знаешь?
— Нет, но верю твоему экспертному мнению, — ответила с ледяной улыбкой. — Это все?
— Нет, — перевел взгляд на официанта. — Ты еще любишь карамельный латте?
Передо мной как раз поставили высокий бокал с напитком. Да, любила.
— Мы сделаем так: выпьем кофе, поулыбаемся и поговорим на отвлеченные темы. По-светски. Потом поедем в более приватное место. Обсудим все без свидетелей.
— Нет, — возразила я. Спокойствие. Именно оно поможет мне. Нельзя показывать эмоции. Небесному нельзя. Он как вампир выпьет меня досуха. — Мы поговорим здесь. Я правильно поняла, что ты хотел узнать о моем сыне? — уточнила на всякий случай. А что, вдруг у него какой-то другой вопрос?
Небесный усмехнулся, но кивнул согласно.
— Да, у меня есть сын и он от тебя, — я решила зайти с откровенности. — Но это совершенно ничего не значит, не беспокойся. У меня никогда не было в планах портить твою семейную жизнь и карьеру оглаской. Кирилл только мой. Мы ни на что не претендуем.
— Кирилл, — задумчиво повторил Небесный. Казалось, что из всего сказанного, имя — самое интересное.
— Дима, — неосознанно произнесла очень мягко.
