Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

ОН вернулся…

Три года мне удавалось лавировать по всей Москве, обходя потенциальных знакомых Димы и места, где могла бы их встретить. И его самого, естественно. То, что уехал из страны, конечно, успокаивало, но ведь Небесный мог приехать по делам, к родне или возвратиться навсегда. Все это дамокловым мечом висело над моей тайной, но время шло, и я расслабилась. Годы размывали границы, даты, схожесть. Меняли социальное положение и истончали связи. Проходили чувства и пережитое забывалось. Видимо, все же времени прошло недостаточно…

— Алена, все норм? — Лика зашла ко мне после занятия.

— Что-то ты бледная.

— Нет, не норм. Все плохо.

Кроме мамы, никто не знал про отца Кирилла. Естественно, подруги и знакомые спрашивали. Лика даже пытать хотела. Но у меня как раз тот случай, когда секрет должен таким оставаться до конца, чтобы не превратиться в катастрофу. Я смогла скрыть, но пока ходила беременной, опасалась встретить Демида. Сегодня в его взгляде было полнейшее недоумение с примесью злости. Значит, правильно боялась: узнай, что солгала про аборт, рассказал бы Небесному, несмотря ни на что. Казалось, что подстраховалась везде, кроме одного… Единственное, что не в моих силах изменить — гены.

Кирюша слишком похож на отца…

— Что случилось-то? — Лика обеспокоенно отодвинула стул и присела напротив. — На тебе лица нет!

— Встретила отца Кирилла…

Есть ли смысл скрывать? Если Небесный захочет участвовать в жизни сына, то его не удержишь. Хотя…"

"Я все подобралась, села и прикусила губу, по старой дурацкой привычке вонзаясь до крови. Больно, но думать помогало. У Небесного жена, ребенок, бизнес и репутация. Огласка ему не нужна. Да, он хочет встретиться и поговорить — это логично.

Дима всегда был практичным рационалистом. Свое возможное отцовство не оставит без внимания, характер такой. Врать, что Кирюша не его — смысла нет: тут и схожесть, и прокурорская дотошность. Но я должна убедить, предоставить гарантии, может даже, подписать документ о том, что претензий не имею и ни на что не претендую. Уверена, Небесного в большей степени волновала репутация, как надежного бизнес-партнера и семьянина, чем ребенок на стороне от бывшей любовницы. Ему нужна страховка. Я должна ее обеспечить.

— Ты меня пугаешь, — проговорила Лика. Я и сама чувствовала странный внутренний диссонанс: руки дрожали, а губы кривила безумная улыбка.

— Я, кажется, поняла, как решить эту задачку.

— Ты хоть расскажи, в чем дело! Интересно же!

— Я просто поняла, что вряд ли ЕГО, — никаких имен называть нельзя, — вряд ли интересует ребенок. И мне нечего бояться.

— Блин, Аленка, ты от президента, что ли, родила?! Так скрываешь!

— Нет, подруга, просто от женатого мужчины.

Мое первое признание в своей грешности.