Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

— Чем она лучше, Дим? Ну чем, а? Что за насмешка судьбы? Почему все ей?

— Дело ни в хуже или лучше. Ты одна, я другой, Алена совершенно иная. Мы все разные, просто иногда люди становятся абсолютно особенными, просто потому что есть. Она стала для меня такой. Ир, ты тоже еще можешь встретить такого человека.

— А если ты для меня такой человек? — спросила тихо.

— Ты правда в это веришь?

— Побудь со мной сегодня, — неожиданно попросила. — Не бросай одну…

— Нет, — мой ответ был бескомпромиссным.

Я был нужен Алене, это висело в воздухе. Ира тоже поняла. Да, я понял главное: выбирать нужно сердцем.

Глава 38

Алена

Я решила лечь пораньше сегодня: столько потрясений, что не переварить за раз. Утро вечера мудренее. Ведь мудрее, да?..

Кирилл рядом сопел, закинув ручку и ножку мне на кровать. Я накинула на него тонкое одеяльце, которое постоянно сбрасывал, и положила голову на подушку. Глаза закрыла, а сон не шел. Я всю жизнь прожила не просто без отца, а полностью ощущая, что его не существует. Возможно, когда-то он и был мне нужен, но уж точно не сейчас! И тем более не такой человек! Заявился так словно только его и ждали!

Но все это, конечно, меркло перед известием, что у нас с женой Небесного общий родитель.

Это выбивало воздух из легких похуже, чем удар под дых. Разве бывают такие совпадения? Что это за судьба? Или рок?

Почему я? Мы? Они? Кто нас троих свел? Очень изощренное тонкое издевательство. У меня внутри был жуткий раздрай. Странное удушливое чувство, какому я не могла найти подходящее название. Считала ли я себя виноватой перед Ирой? Нет. В любовном треугольнике, в который мы обе были вовлечены против воли, не было моей вины. И ее тоже. Вопросы все к Дмитрию Александровичу Небесному! Он с легкой руки и своего непробиваемого «хочу» создал невыносимо болезненную ситуацию.

Втянул меня в отношения, заведомо обреченные. Влюбил в себя. Привязал на всю жизнь. Кровью привязал! Я испытывала к нему такую разнообразную палитру чувств и эмоций, с первого взгляда и по сей день, что слов рассказать не находилось. Это можно только прочувствовать, выплеснуть, подарить, как яркую звезду на кромке рассвета или красочную эмоцию на краю пропасти, за секунду до гибели. Но я не покажу ему. Дима слишком хорошо умел брать, поглощать, выводить на эмоции. Вампир! Робот!

— Электроник, — проговорила в темноту, вспоминая разговор в адвокатской конторе. Такой ли он бесчувственный? Машина? Не знаю… С детьми нет. От них ему не было выгоды, нет смысла сближаться, если плевать, если не испытываешь трепета в сердце. Это было искренне, а женщины… Я, ОНА, может, еще кто-то. Брюнетка из ресторана, к примеру. Мы все важны и неважны одновременно. Наверное. Мне так казалось. Даже не хочу вникать."

"А Ира — к ней ничего не чувствовала.