Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

Диму увидела сразу: у него слишком большая и приметная машина, еще и стоит под фонарем. В руках тлела сигарета. Я не знала, что он курит. Видимо, приобретенное увлечение. Хотя… Что я вообще знала о Небесном? Ничего. Кроме того, что любил, когда прикусывала мочку уха, боялся щекотки и обожал мои губы. Да, я до сих пор помнила все оттенки нашей страсти.

— Когда-то ты обещал, что через три месяца я больше тебя не увижу, — напомнила данное обещание. — Разве твоему слову можно верить?

Я сказала это не для того, чтобы пристыдить и прогнать — мне нужно знать, насколько Дима серьезен сейчас? Мы должны выставить границы и строго соблюдать их.

Да, я ходила к адвокату: мне без прикрас объяснили, что биологический отец имеет право на общение с ребенком. Запрет мог выйти боком с учетом вводных: Дима мог подать встречный иск и обвинить меня в лишение права отцовства. Адвокаты такие дела щелкали, как орехи, науськают клиента только в путь! В моем случае это даже не требовалось: прокурор наверняка права и как трактовать закон на пользу, знал на отлично. Надежда была только на совесть Небесного. Он ведь к детям по-доброму: невинной душой играть не должен. Но в этот раз я буду настаивать на договоре, подписанном и заверенном, на веру ничего не приму!

Дима скупо улыбнулся, но настоящей радости на его лице не было, только безнадежная тоска. Или это игра света такая?

Он затушил окурок и выбросил в урну.

— Ты смотрела мультик про кота Матроскина? — неожиданно поинтересовался. Я кивнула. Я — дважды мать, мои познания в мультфильмах практически совершенны! — Помнишь про корову и теленка: корова рыжая одна, а все, что она дает — молоко, телят — это наше.

Он наш, Алена. Кирилл наш общий сын.

— Ты меня сейчас с коровой сравнил? — сухо бросила.

— Прости. Неудачная аналогия. Ты — дикий цветок, — и неожиданно шагнул ко мне. — С шипами. Алена, — притянул к себе, — три года, — с осязаемой мукой произнес, губами прижался к моим волосам. — Три года жизни. Мы могли быть вместе. Быть счастливы.

Я растерялась, растеклась мягким маслом от его слов, тона, взгляда: в нем нужда. Во мне нужда. Словно нужна ему именно я, очень нужна. Иллюзия. Самообман. Его, конечно. Я все это прошла три года назад.

Поэтому с силой толкнула его в плечи.

— Ты свой выбор сделал! — напомнила жестко.

— Ты мне не дала шанса! — эмоционально воскликнул Небесный. — Ты не сказала мне! Я мог быть отцом! Мог быть счастлив! Ты хорошо наказала меня! Молодец!

— То есть, чтобы быть со мной, тебе нужен был повод? — сложила руки на груди. — Ни чувства и желание, а веский повод?

— О чем ты? — нахмурился Дима. Вероятно, он реально не понимал, что им двигало тогда. Вполне возможно, и сейчас тоже. Небесный запрограммирован на это.