Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

Он возился с большими мягкими кубиками и коробкой чего-то явно женского.

— В рот нельзя! — подскочила Катя и забрала свои резинки. — Фу, обслюнявил все!

— Дяй! — громко требовал Кирилл.

— Не дам!

Я растерялся, наблюдая за перепалкой мелких. Ничего в голову не приходило. Или… Сгреб кубики и начал жонглировать ими. Шарами получалось лучше, но дети засмотрелись, перестав визжать и спорить.

В процессе игры я напомнил мелкой отпуск в Турции. Она не вспомнила конкретно ту поездку, гордо заявив, что была там прошлым летом и снова поедет в августе, перед школой. Но как бы то ни было, прониклась ко мне, как и в младшем возрасте.

Кирилл повторял за сестрой."

"— Дя! — называл меня. Да, в его лексиконе не было слова «папа», а у меня не было воспоминаний о его первом осознанном взгляде, улыбке, слове. Но еще столько всего впереди! И я буду рядом. Должен. Обязан!

Но все же пока не решился назваться отцом. Нужно больше времени, чтобы завоевать доверие маленького человека.

— Кирюш, — Алена появилась на пороге до этого молча стояла за дверью, видел персиковый рукав кофты, — пойдем купаться, — подхватила его на руки. Сам он идти не хотел.

Понравилось играть.

Я тоже поднялся, пошел за ними следом.

— Тебе пора, — сухо проговорила Алена.

— Нам нужно поговорить, — шепнул ей в волосы, шумно втянув опьяняющий аромат. — Жду на улице.

Я бы хотел остаться, посмотреть, как сын плескается в ванной, играет, смеется, но не смел просить. Пока. Я это исправлю. У меня есть цель, и я ее добьюсь! Не в моем характере проигрывать. Теперь точно знал, чего хочу!

Глава 32

Алена

Я облегченно выдохнула, когда Дима вышел из квартиры. Час стояла под дверью, пульс выламывал виски, а сердце бешено билось.

Я предполагала, что будет тяжело видеть их… отца и сына вместе. Да и Катюшка моя здорово вписалась в компанию. Все это было так… так… по-семейному, по-настоящему. Словно именно так и должно быть. Только это неправда. Между нами никогда не было нормально. Только боль, страх и слезы. И страсть. Да, она была. Сейчас и этого нет. С моей стороны точно. Все, что было, похоронено под толстым слоем страдания. Я прошла через муки болезненной любви, побывала в личном аду и выжила. Больше этой тропой не пойду!

— Хорошая, — попробовала воду в ванной и посадила туда сына.

Не собиралась отказываться от повседневных дел, только потому что меня Небесный ждал.

Мы искупались, почистили зубы, и я уложила Кирюшу спать. Катя с бабушкой читали сказку.

— Я скоро, — шепнула, слегка приоткрыв дверь.

— Мам, можно я дождусь тебя? Не буду ложиться, пока не придешь? — улыбнулась подкупающе. Хитрюга! Но такая ласковая и добрая. Моя любимая девочка.

— Можно.

Я спустилась вниз. Уже стемнело и изрядно похолодало: весна в этом году ранняя и теплая, но после захода солнца становилось зябко.