1
0"
"Касьян тяжело вздохнул, сделал несколько тяжелых шагов, и Лида почувствовала, что он стоит рядом. И вдруг осознала, что этот разговор, который она слышала как бы в полусне, воспринимая его как нечто не вполне реальное, – да-да, этот разговор, напоминающий диалог двух разбойников-убийц из авантюрного романа какого-нибудь Эжена Сю или Понсон-дю-Террайля[48], не снится ей, а происходит наяву… Более того, разговор этот и намерения собеседников касаются ее!
Она так и обмерла от ужаса, и в это мгновение Касьян отпрянул со стоном:
– Нет, не могу!
– Ты сможешь, сможешь, Касьянушка, – сладострастно выдохнула Авдотья Валерьяновна. – Вот я сейчас тебя приободрю!
В следующее мгновение послышался шелест ее платья, а потом и звук тяжелых шагов Касьяна, который отходил от Лиды.
Она приоткрыла глаза и обнаружила, что находится в какой-то незнакомой спальне и лежит на чужой кровати – как была, одетая, только в расстегнутом на груди платье. Ворот платья и волосы Лиды были влажными – видимо, ее пытались привести в сознание, брызгая воду в лицо. И тут же она забыла о себе, потому что увидела, что Касьян держит в объятиях Авдотью Валерьяновну, а та покрывает его лицо поцелуями, оглаживает его тело, да так жадно, так дерзко, что у Касьяна вырвался почти звериный стон. Он швырнул Авдотью Валерьяновну на пол, заставил встать на четвереньки, опустился рядом на колени и принялся одной рукой задирать ей юбку, а другой с лихорадочной спешкой развязывать вздержку своих портков.
– Скорей, скорей! – глухо, задыхаясь, бормотала Авдотья Валерьяновна, уткнувшись в пол лицом и опираясь на руки. – Давай как раньше, да покрепче, покрепче, чтоб насквозь пробрало! Да скорей же, Касьянушка!
Дольше наблюдать эту отвратительную сцену Лида была не в состоянии. Она сорвалась с кровати, на которой лежала, и кинулась к двери. Ударилась в нее всем телом, но дверь оказалась закрыта на засов.
Лида дернула его в сторону, выскочила из комнаты и оказалась в коридоре, куда выходило еще несколько дверей. Откуда-то издалека доносился голос Ионы Петровича, и Лида бросилась туда.
За спиной что-то нечленораздельное завопила Авдотья Валерьяновна, и Лида побежала со всех ног, понимая, что если Касьян бросится за ней, то нагонит в два счета. Оглянулась, увидела его темную, огромную тень, которая появилась в глубине коридора, – и вдруг налетела на что-то. Да ведь это стулья, стулья, которые окружали стол в гостиной! В две секунды Лида разметала их по полу, мельком изумившись, откуда взялись силы швырять тяжелые дубовые стулья как перышки, а сама понеслась вперед.
Грохот и ругань, раздавшиеся за спиной, свидетельствовали, что ее усилия достигли успеха. Лида ринулась по коридору дальше, а Касьян все еще возился среди стульев.
