Небо над бездной

Не разбудив его, выскользнули на улицу.

Оказалось, что дом, в который притащили Федора, всего в одном квартале от пансиона.

— Вы любите рисковать, но блефовать тоже, — решился произнести Федор, — где гарантия, что Таню потом опять не арестуют?

— Гарантия? — Хот усмехнулся. — Только мое слово. Ну, Дисипль, рассудите здраво, я ведь мог бы и не отдавать вам письмо. Но я отдал. И если вы все-таки решите не вручать его Ленио, сможете отправить вашу Таню за границу вместе с сыном и братом.

— Легально?

— Э, нет, это скучно. Пусть будет приключение. Обожаю приключения.

— Михаилу Владимировичу придется остаться? — чуть слышно прошептал Федор.

— Мг-м. И вам тоже.

— Почему?

Хот резко остановился, развернулся, взглянул на Федора и произнес с издевательским пафосом:

— Такие люди нужны России!

Потом опять засмеялся, мерзко, тоненько захихикал и добавил, сквозь смех подрагивая, всхлипывая:

— Вы сильно разозлили Радека. Я мог бы отдать вас его головорезам на растерзание, как отдал недавно милую парочку, фрау Розу и герра Карла.

— Розу Люксембург и Карла Либкнехта? — решился уточнить Федор.

Хот кивнул и скорчил трагическую гримасу."

"— Бедняжки, они так ничего и не поняли. — Он выпятил нижнюю губу и продолжил хныкающим голосом: — А вы, Дисипль, не удосужились поблагодарить меня за то, что я спас вам жизнь. Это обидно и по меньшей мере невежливо.

Федор открыл рот, чтобы произнести «благодарю», но почему-то не смог, слово застряло в горле. Они уже подошли к двери пансиона. Ключ лежал в кармане куртки.

— Вы не дали меня убить потому, что это вам нужно, — сказал Федор, — вы вряд ли делаете что-либо бескорыстно, из добрых побуждений, и я вам все равно не верю. Таню арестовать могли, доносов на нее много, но один звонок Ильичу, и ее выпустят.

— Да? Вы так думаете? Ну что ж, не смею настаивать. Это ваш выбор, Дисипль. Вам решать.

Федор сунул ключ в скважину. Хот приподнял шляпу, поклонился и пошел прочь, слегка приплясывая, лихо щелкая каблуками.

— Подождите! — окликнул его Федор.

Хот остановился, оглянулся, еще раз поклонился:

— Дисипль, я весь внимание!

— Письмо могут отнять по дороге.

— Ни в коем случае, все под контролем. Письмо, а также инструкция, с именами и адресами, которую вручил вам доверчивый и благородный генерал Данилов и которую вы спрятали под подкладку чемодана, останутся при вас. Кстати, не желаете ли избавиться от соперника? Как раз подходящий случай. Получится легко, элегантно. Никто никогда не узнает, его свои прикончат за предательство, и вы совершенно ни при чем.

У Федора стало холодно в животе, будто в желудок, как в резиновую грелку, насыпали колотого льда. Хот тихо, тонко захихикал, поднял палец:

— Подумайте, Дисипль.