Не верь мне

Слышала, как он остановился буквально за углом, и, понизив голос, убеждал того, с кем разговаривал по телефону, что достанет деньги во что бы то ни стало.

Створки лифта спасительно раскрылись, и я буквально влетела в кабинку, понимая, что сердце, биение которого я еще недавно не чувствовала, буквально колотится в груди. Пустое и неживое, оно всё-таки ещё было во мне. Принялась нервно жать на кнопку закрывания дверей, и только когда они наконец сомкнулись, облегченно выдохнула. Что Макс делает здесь?!

— Алин… — подруга уже ждала меня на лестничной площадке, дверь в квартиру была распахнута настежь.

— Инна… — севшим голосом заговорила я, смотря ей в глаза. — Зачем ты встречалась с Козельским?

— Козельским? — покачала головой Инна, словно не понимала.

Подхваченная внезапной вспышкой злости, я приблизилась к ней и твердо повторила:"

"— Зачем ты встречалась с Максимом Козельским, Инна? Только не надо врать и сочинять небылицы. Хватит. Слишком многие делают из меня идиотку в последнее время. Довольно.

Глава 36

Алина

— Будешь чай? — пряча глаза, Инна достала из кухонного шкафчика пакет с заваркой.

— Нет, — жестко ответила я. Присела на стул, не отрывая взгляда от подруги. Та, не выдержав, всё-таки посмотрела на меня и тут же вновь отвернулась. Поставила пакет на разделочную зону и, шумно выдохнув, выговорила:

— Я не хотела, чтобы всё так вышло, Лин.

— О чем ты?

— О Максе, о флешке. Я… — запнувшись, она прижала ладони к животу. — Я правда беременна. И я правда боюсь, что со мной и моим малышом что-то случится.

— Это не Вадим тебя избил, верно? — внезапная догадка показалась мне лежащей на поверхности. Как будто она всё это время пестрым цыганским платком болталась у меня перед носом, а я, ослепленная чувствами к Олегу, не замечала очевидного, как не замечала и многих других столь же очевидных вещей.

— Вадим в командировке в Америке и ничего не знает, — окончательно сдавшись, Инна бессильно опустилась напротив меня на стул. Посмотрела с отчаянием. Это же отчаяние послышалось в её голосе: — Макс ненавидит своего отца. Ненавидит и сделает всё, чтобы его уничтожить. И меня заодно.

— Это его флешка, верно? — спросила, хотя уже знала ответ. Надо было сразу догадаться, что в рассказе Инны про жестокого Вадима Козельского слишком много темных пятен. — Почему ты не сообщила Вадиму?

— Вот поэтому! — Инна указала на синяк. Глаза её наполнились слезами, подбородок предательски задрожал. — Он нашел справку из консультации, узнал, что я беременна и пригрозил, что сделает так, чтобы у меня больше никогда не было детей, — голос её звенел.

Сдавленно всхлипнув, она потерла лицо, сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, шумно выдохнула и снова посмотрела на меня.

— Он знает, что ты живешь с Громовым.