2
0В городе всегда нужны трудолюбивые, здоровые служанки.
— Это все слухи, — женщина качает головой так активно, что из чепчика выбивается несколько светлых прядей. Померла она. И другие восемь тоже померли. Как пить дать, на другом свете они!
— Откуда ты знаешь?
— Зрячая я, — выпаливает она смущенно. — Повидала всех девятерых уже после пропажи. Они ко мне ночью пожаловали. Каждая просила сплести белый венок в свою честь и сжечь на жертвенном костре.
— Ты видишь мертвых?
Я поражена до глубины души. Белые венки в народе плели девушкам, кто покинул наш мир девственно чистыми.
Как будто эпидемия черного мора принялась уничтожать местных девственниц! Абсурд какой-то…
Но если Ксимена говорит правду, то я должна быть удивлена вдвойне. Ведь зрячими называют тех, кто способен общаться с ушедшими.
Говорят, до великой межрасовой битвы зрячих было бесчисленное множество. По иронии судьбы после войны все поменялось: чем больше просыпалась эльфийская магия, тем сильнее угасала человеческая.
Богатейшие особы королевства сдувают с них пылинки и с трепетом впитывают в себя послания с того света. Сам король Ойгланд почтительно прислушивался к зрячим. Если бы Ксимена не прятала своего дара, она могла бы прямо сейчас консультировать королевскую семью.
Ее скрытность удивляет, как ее смущенный вид и странные заявления. Стараясь не выдавать свои сомнения, предлагаю:"
"— Когда увидишь их в следующий раз, спроси, кто их убил.
— Не буду. Страшно это.
— Чего ты боишься?
— Страшно знать, кто убийца. Вдруг он прознает обо мне и укокошит, чтобы молчала… Я бы и тебе не говорила о своем даре, если бы Нойме тебя не упоминула… Ты уж не серчай, юная госпожа… Нойме сказала, что следующей пропавшей девушкой станешь ты. Так и сказала: «Если хозяйская дочка не поостережется, то станет следующей. Десятая девушка окончательно закупорит круг, и тогда быть войне.»
— Закупорит? Двадцать лет живу, но впервые меня назвали пробкой для удержания мира! Она именно так выразилась?
— Не цепляйся к словам, госпожа! Хоть подробностей мне всех не упомнить, но главное я в башке удержала.
— Нойме назвала моя имя? — с подозрением расспрашиваю служанку. — Ты уверена, что она не Гретту имела в виду? Она не меньше меня подходит под определение хозяйской дочки.
— Ох, госпожа… — моя собеседница краснеет и опускает глаза.
