2
0У меня будет всего три дня, чтобы ее подлечить и уговорить ее уехать вместе со мной в Даэронис. Времени в обрез. Как убедить маму оставить мужа, если рассказывать правду об отчиме нельзя?
Таурэтари поджигает веточку сон-дерева. Пока, она, слегка наклонившись, совершает руками простые движения, из перехваченной на затылке копны волос падает темная прядь, разделяя лицо напополам. Женщина не убирает ее за ухо, словно так и надо. Теперь эта непослушная прядь меня ужасно отвлекает. Как будто этого мало, эльфийка подсаживается поближе и медленно проводит дымящей веткой перед моим носом.
На глаза мгновенно наворачиваются слезы, и я едва удерживаюсь от приступа кашля. Горло спазматически сжимается. Сглатываю и быстро-быстро моргаю, стараясь справиться с дискомфортом.
Когда мысли в голове окончательно исчезают, — видимо, вместе со всеми защитными установками, — Таурэтари из-за дымного занавеса вещает:
— Можно больше не переживать об отчиме. Ты от него настрадалась достаточно, бедняжка. Вижу занесенный над ним меч, заточенный твоими слезами. Ему осталось недолго… Когда к матери поедешь, противоядие возьми… Не хлопай глазами так удивленно, в самом деле! — возмущается она.
"Но я изумляюсь не упоминанию о противоядии — его и так собиралась с собой захватить! Меня поражает предсказание о скорой смерти отчима. Слишком оно сладкое, слишком несбыточное и манкое, чтобы поверить! Прячу в ладонях лицо, пытаясь погасить неуместную улыбку, и уточняю:
— Как он умрет?
— Его судьба ни разу больше с твоей не переплетется. Что с ним да как — теперь не твоего ума дело. Лучше о другом мужчине меня спроси!
— О главе старей… Об отце?
— Эх, а еще фэйри называется! — прорицательница невежливо закатывает фиалковые глаза и укоризненно качает головой.
Вообще-то да. Я как раз так и думала до ее вопроса! Но теперь воспринимаю этот ее невидящий взгляд, насквозь проходящий, совсем по-другому. Она людей своим нутром разглядывает. Или духовным зрением.
— Хорошо, — набираю побольше воздуха в легкие и выдыхаю трудный вопрос. — Готова ли я отразить удар собственной сестры, когда она узнает, что ее возлюбленный предпочел меня ей?
— Я слышала, ты на днях поставила такую защиту, что даже директриса Элуйдес сквозь нее не пробилась со всем своим опытом и силой. Врут что ли?
— Не врут, так и было, — отвечаю, смущенно потупившись. — Но я же заранее, до удара защитный купол сделала, поэтому все просто было.
