1
0
– Иди давай отсюда.
Отчетливо слышны торопливые шаги, и все стихает. Не выдерживаю и на негнущихся ногах иду к двери. Приоткрываю и вижу, как Кирилл входит к соседям. Что он там забыл?
Бесшумно иду за ним и останавливаюсь в дверях чужой квартиры, вздрагивая от грозного рыка брата.
– Вы что, мать вашу, тут устроили?
– Тебе какое дело? – отвечает заплетающийся мужской голос. – Ты кто вообще?
– Совесть твоя, – рявкает Кирилл. – Ну-ка, брысь все отсюда.
Едва успеваю отскочить от двери, как из нее вылетает мужчина. Что-то бурчит себе под нос, и сильно покачиваясь, спускается по лестнице.
Решаюсь и вхожу внутрь. В нос бьет жуткий запах перегара, а от табачного дыма начинают слезиться глаза. Зажимаю нос и осматриваюсь. Мимо меня Кирилл протаскивает вырывающуюся Любу, очевидно, в ванную.
Нестерпимо хочется сбежать из этого места, но я беру себя в руки и иду на поиски девочки. Мечусь по квартире, пока не нахожу ее в одной из комнат. Катя лежит на кровати, свернувшись калачиком и отвернувшись к стене.
– Катенька, – зову негромко. Оборачивается и с удивлением смотрит на меня. – Что случилось?
Глаза заплаканные, а губы мелко дрожат.
– Ме-ня, – всхлипывает она. – Вырвало.
– Бедная, – спешу к ней. Присаживаюсь на кровать и прижимаю к себе.
– Мама сказала, это из-за вас.
Начинает всхлипывать еще сильнее, пряча лицо у меня на груди. Тошнотворный запах и правда чувствуется, наверное, одежда пропиталась. Но мне все равно. Состояние ребенка важнее.
– Почему? – недоумеваю я.
– Потому что пельмени слишком жирные…
Ответить мне нечего.
– Она мне больше не разрешит с вами дружить…
– Все будет хорошо, – монотонно покачиваю ее и глажу по спине, чтобы успокоить. – Мы что-нибудь придумаем.
Катя вскоре засыпает. Аккуратно укладываю ее на кровать, накрываю одеялом и бесшумно выхожу из комнаты.
– Ты что творишь? У тебя же ребенок! – из-за приоткрытой двери ванной слышится сердитый голос Кирилла. Замираю, не решаясь войти или пройти мимо.
– Да зачем она мне нужна? Мне ее даже кормить нечем! – возмущается Люба, а у меня внутри все обрывается. Прикрываю рот ладонью, чтобы не выдать себя и часто дышу носом.
– А бухать есть на что? – Кирилл безжалостно добивает. И я на его стороне. Как можно так обращаться с собственным ребенком?
– Отстань ты от меня.
