1
0– Холодно же, а она сидит такая несчастная на ступеньках, а эти там балаган устроили, – указываю на дверь и выдыхаю. – Все пьяные.
– Ты-то чего всполошилась?
– Жалко ее, а как помочь не знаю, – шумно выдыхаю и опускаюсь на табурет. В груди болезненно ноет.
– Жень, ну ты чего? – Кирилл поднимает мое лицо за подбородок, вынуждая посмотреть в глаза. – Там есть отец с матерью, сами разберутся.
– Да нет у нее отца, – громко всхлипываю я и отворачиваюсь, чтобы не видел моих слез. – Мать-алкашка только…
– А ты чем можешь помочь?
Он задает вопросы, которые я сама себе уже тысячу раз задала.
– Не знаю, может, как-то попытаться отца найти? – с надеждой спрашиваю я, преданно глядя ему в глаза.
– Имя его знаешь? – хмурится и задумчиво поглаживает свой подбородок пальцами.
– Нет, – расстроенно качаю головой.
– Ну а как? На кофейной гуще погадать? – Кирилл разводит руки в стороны. Не проникся моей бедой. Не понимает масштабы катастрофы.
– Не издевайся, – неприятно морщусь. – Лучше придумай что-нибудь…
– Хорошо, я попробую, но не обещаю.
– Спасибо, – порывисто обнимаю его и целую в щеку. Если Кир сказал, значит, обязательно сделает все, чтобы мне помочь.
– Так все. Успокаивайся. Утро вечера мудренее, – осторожно отлепляет меня от себя и ухаживает на табурет. – Завтра проснешься и все встанет на свои места, да? Тебе надо отдохнуть, совсем уже со своими книжками свихнулась.
Неуверенно киваю и закусываю губу. Может, он и прав. И все само по себе разрешится, а я просто слишком устала, чтобы адекватно оценивать ситуацию.
– Ой, а я же ужин не успела приготовить, – спохватываюсь я и подскакиваю на ноги.
– Печально, конечно, но как-нибудь переживу, – беззлобно улыбается Кирилл.
– Есть пельмени, – вспоминаю, как недавно кормила Катю.
– Давай свои пельмени.
Быстро ставлю на плиту кастрюлю с водой.
– Ты-то зачем пришел? – оглядываюсь на брата.
– У нас скоро намечается новогодний корпоратив.
– Что-то вы рано…
– Позже уже лютый аврал, не до гулянок.
– Понятно, – пожимаю плечами. – Я-то здесь причем?
– Я хочу, чтобы ты там тоже была.
Замираю на несколько секунд, пытаясь переварить услышанное, но отчаянно ничего не понимаю. Кирилл прекрасно знает, что я не люблю такие мероприятия и никогда на них не хожу.
– Зачем? – хмур спрашиваю его. Что-то мне это совсем не нравится.
– Тебе пора выбираться из ракушки. Ты же не видишь ничего за своими книгами. А жизнь проходит мимо.
Так я и знала, время моралей пришло. С тех пор, как погибли наши родители, брал взял надо мной негласное шефство и все время пытается направить на путь истинный. Только вот наше представление о нем не совпадает. Меня вполне устраивает моя жизнь, и что-то менять в ней я не намерена.
– Вообще-то я работаю, – недовольно фыркаю на него.
