7
0
Над ним висел огромный портрет статного военного лет сорока пяти в черной форме с красными узорами.
Я сразу поняла, что это отец Эдриана – у мужчины на картине были светлые волосы.
Свернувшись калачиком на софе, я невидящим взглядом уставилась на спинку большого кресла, которое стояло около камина.
Пережитое унижение было настолько сильным и так больно ударило по мне, что я чувствовала себя несчастной и разбитой.
Интересно, каким образом я смогу отнять у Агнесс свою силу, если она имеет надо мной такую сумасшедшую власть?
– Что, уже и из собственных покоев выставили? – послышался вдруг мужской голос.
И я с ужасом поняла, что в кресле у камина кто-то сидел!
Но гадать долго не пришлось – он поднялся и повернулся ко мне. А я вздрогнула и вскочила на своей софе, всем телом ощущая исходящую от него опасность.
Это был младший брат Эдриана, темный генерал Данте Сальваторе.
Эдриану было тридцать четыре, Данте – тридцать два.
Не такая уж и большая разница в возрасте.
Однако Фиона до смерти боялась брата мужа.
И было, почему.
Если Эдриану его магическую силу дали светлые духи, то Данте его сила досталась от темных духов хаоса – а это в Серинити не приветствовалось во все времена.
Его лаконичный черный мундир с медными пуговицами и ремнем набок был и вполовину не таким блестящим и помпезным, как алый мундир Эдриана.
Братья были очень похожи – оба статные красавцы, с благородными чертами лица, с чувственными губами и носом с небольшой горбинкой. Только у Эдриана его платиновые волосы вились, а у Данте были идеально прямыми.
И все-таки спутать братьев было невозможно.
В идеальной внешности Данте был один изъян.
Его левый глаз скрывала овальная черная кожаная повязка на тонком ремне.
Что действительно случилось с левым глазом темного генерала, было неизвестно, но при дворе шептались о страшном проклятии и разрушительной силе.
Данте не особо интересовал высший свет.
Пока Эдриан со своей светлой дружиной патрулировал столицу Серинити и участвовал в парадах, красуясь на белом коне Рассвете, Данте боролся с проклятием марены на востоке на своей черной, как ночь, и яростной, как дьяволице, лошади Погибели.
Лиманское королевство, с которым с восточной стороны граничила Серинити, было сражено чумой.
Данте с его Дикой Охотой сдерживал полчища чумных, готовых хлынуть на Серинити из Лимана.
Однако Данте, так же как и Эдриан, был племянником императора, а значит, по протоколу просто обязан был бывать при дворе.
Хотя, похоже, этой обязанностью он тяготился.
И он не меньше Эдриана презирал Фиону.
А может быть, даже и больше.
