7
0
— Что ты делаешь? Нас могут увидеть, — запаниковала Оля.
Этаж был максимум пятый-шестой, и любой ранний прохожий мог разглядеть обнаженную парочку.
— Ну и что, — только и сказал он, накрывая ладонями ее груди. — Мы вчера, кажется, немного поторопились.
— Мы? — ехидно хмыкнула Ольга.
— Ладно, я. Но ты сама виновата.
— Конечно, — согласилась она, постанывая.
Артур пристроился к ней сзади, медленно скользя и подразнивая чувствительные места, не прекращая ласкать грудь.
— Сейчас мы все исправим, красавица.
— Мы? — снова не сдержалась Ольга.
— Ладно, я.
И он вошел в нее. Медленно. И двигался. Медленно. И ласкал ее. Медленно, словно лениво. И оргазм так же медленно зарождался в ее теле, как будто боролся с какими-то принципами, запретами, убеждениями.
Оля видела себя словно со стороны, обнаженной, у всех на виду. Но казалось, что даже если бы все происходило в полдень на Дворцовой площади, она не смогла бы отказать Артуру. Он пробуждал в ней что-то темное, неуправляемое, стихийное, сильное. Похожее она испытывала только с Беном. Но с ним она светилась, стремясь отдать всю себя, с Артуром ей нравилось забирать, не думая о последствиях.
Оля понимала, что большая часть эмоций, которые она испытывала с Кеннетом, порождены именно связью с Беном. Эти двое принадлежали миру, в который ей так хотелось попасть. И если Гриша запретил ей следовать за ним, то Артур еще не сказал свое Слово.
Глава 9. Лицом к лицу
В спину удар может и проще… Мне ли тебя учить?
Лживый угар, это же, в общем, твой безотказный щит.
Я разливаю боль без угрозы, выпей со мной до дна!
Что ж ты боишься!? Кровь или Слёзы — это лишь сорт вина.
Слёзы и Кровь — всё как обычно, будем сжигать мосты.
Честно сказать, мне безразлично, чем захлебнёшься ты.
Но не привык раздавать я пощаду для ядовитых змей…
Мне ничего объяснять и не надо…
Пей, отравитель, пей!
Канцлер Ги — Кровь и слезы.
Бенедикт спрыгнул с подножки вагона, обвел взглядом обветшалую станцию, находившуюся среди темных северных лесов. Несколько деревянных домов в отдалении — вот и все, что осталось от небольшого поселения. Закинув на плечи рюкзак, он направился в сторону почти невидимой, но еще заметной тропы. Летом эта дорожка зарастала, становясь практически неразличимой, и только посвященные знали, что это верный путь.
Улыбаясь воспоминаниям, будившим сладкую ностальгию и предвкушение, Бен уверенно шел через лес. До лагеря было километра три, которые он по молодости привык преодолевать бегом, готовя мышцы и душу к грядущим боям. Но сегодня он шел пешком, не торопясь, наслаждаясь ароматом весеннего леса и прохладой свежего воздуха после духоты поезда."
"Голова кружилась от переизбытка кислорода в крови, и Бен надеялся, что сможет украсть час-другой сна до вечернего пира.
