10
0В самом деле, кто она ему? Пока еще не жена. Но и не подруга. Просто, родной и любимый человек. Память услужливо подсказала ему красивое слово «невеста». И неважно, что он не успел еще спросить, выйдет ли она за него замуж, не просил благословения на их брак у родителя. Иное время, иные обстоятельства. И он твердо сказал: – Моя невеста.
Обедали они в хозяйском доме. Когда успела Елизавета Кузьминична, но стол был накрыт празднично.
Разговаривали за столом мало, соблюдали благоговейную тишину, соответствующую происходящему событию. Павел и Таня поддерживали эту тишину. Слова, которые они хотели сказать, не предназначались для постороннего слуха. Это были их слова, друг для друга. Ими нафантазированные, придуманные и продуманные за многие долгие месяцы.
Обед подошел к концу. Болотов встал, чтобы уезжать. Павел пошел его провожать.
– Паша, захвати, пожалуйста, из автомобиля мою сумку, – вслед ему сказала Таня. Он обрадовался. На протяжении всего обеда его не оставляли несколько вопросов. Она останется или вместе с Болотовым уедет в Париж? Если останется, что сказала отцу? Не поднимет ли он в поисках Тани всю парижскую полицию? А спросить не решался, не мог найти нужные слова.
У калитки Павел задержал Илью Кузьмича:
– Скажите, как все это объяснить? Я ведь нигде не оставил никаких следов. Откуда она узнала мой адрес? И потом: ее папа. Если что-то узнает, всех нас раздавит. Бегемот!
– Вы недовольны?
– Нет, отчего же. Я очень рад. Но все же…
– Как отыскала? Просто, она умная. У нее хороший аналитический ум. Узнав, что вы в Париже, она пришла в наш банк. Причем, прямо к Борису Ивановичу.
– Но почему? – удивленно спросил Кольцов. – Почему в наш банк? Почему к Борису Ивановичу?
– У нее спросите. Она объяснит лучше, – ответил Болотов. – Если хотите знать мое предположение, оно такое. Она знает, что основная клиентура нашего банка – русские. Его так многие и называют «русский банк». Ни один русский, оказавшийся в Париже на финансовой мели, не проходит мимо нас. По мере сил мы помогаем. Это хорошая реклама. Вот и ее папа, Николай Григорьевич Щукин, с недавних пор является клиентом нашего банка. Мы дали ему хорошую и довольно льготную ссуду. Уж не знаю, по какому наитию Таня пришла к Борису Ивановичу, рассказала ему все о своих прошлых отношениях с капитаном Кольцовым, о том, что любит его. В меру поплакала. Он ничего ей не пообещал, но попросил прийти на следующий день. Так со слезами она и ушла. Я давно знаю Бориса Ивановича, к старости он стал очень сентиментальным. Его тронула эта история. Он решил посоветоваться с нами. Просидели несколько часов, размышляли так и эдак. Петр Тимофеевич занял вашу сторону. Я, кстати, навел справки о папе Татьяны Николаевны. Полковник Щукин находится в отъезде. Словом, все сошлось.
