Межсезонье

Серые дома с узкими зарешеченными окошками. Караулы с собаками. Арбалетчики на вышках. Никогда подобные места терпеть не мог.

Попасть на территорию тюрьмы оказалось весьма непросто. И даже наши патенты и угрозы взбешенного задержкой Пратта не сразу заставили караульных распахнуть ворота. Нет — сначала они дождались какого-то клерка; клерк сам разрешить въезд фургона не мог и отправился согласовать этот вопрос с начальником. У начальника тоже был начальник. И этот начальник, как на грех, именно в это время куда-то выехал с проверкой…

В итоге мы битый час валяли дурака под проливным дождем.

А разрешить перевод заключенных может только он…

Вы же понимаете, у него сегодня юбилей…

Приезжайте завтра…"

"Мы были настойчивы. Мы были убедительны. Мы метали громы и молнии и никуда не собирались уезжать без выделенной флоту бесплатной рабочей силы. И в итоге мы на своем настояли. А помощник коменданта сто раз проклял ту минуту, когда решил нас принять.

— Ты представляешь, этот крысеныш — зять барона! — хмыкнул Джек, когда помощник коменданта тюрьмы, действительно внешне чем-то напоминавший крысу, сослался на высокую занятость и оставил нас наедине с реестром заключенных.

— А он чего не на празднике? — удивился я.

— Семейное дело, должен же кто-то работать, — пожал плечами Пратт. — Ладно, отбираем бывших военных, моряков и рыбаков. Ты выписываешь номера, я проверяю текущее местонахождение.

— Договорились. — Такой расклад меня вполне устраивал: я никак не мог решить, стоит ли говорить напарнику о Рыбаке. Ладно, дальше видно будет.

Отобрать пятнадцать кандидатов на работы в доках заняло не более четверти часа. Оно и понятно: сами по себе заключенные нас интересовали мало. Кто первый подходящий попался, того и выписали. Правда, пришлось повозиться, выискивая в толстенных книгах настоящее имя Рыбака, но на мое счастье Джек как раз переписывал на чистовую четырнадцать остальных избранников адмиралтейства.

— Зови командира, — выглянул он в коридор к переминавшемуся с ноги на ногу тюремному охраннику. — Да живее, живей! Якорь тебе в зад!

Зять барона не заставил себя долго ждать. Прочитал список, скривился, будто углядел в нем собственное имя, но чинить препятствий не стал и велел пришедшему с ним надзирателю организовать передачу заключенных флоту.

Собрать и погрузить в фургон закованных в цепи каторжан оказалось делом нехитрым. А вот на оформление всех сопутствующих бумаг ушла уйма времени.