— Пока ничего, — Демьян настолько погружается в размышления, что даже не подходит ко мне, приседает на край стола, задумчиво барабанит пальцами по поверхности. — Но то, что она явилась — крайне фигово и очень невовремя.
— Она ведь не просто поздороваться заходила, — выдвигаю стул рядом с мужчиной, сажусь, потому что голова продолжает немного кружиться.
— Не просто, — цедит он сквозь зубы. — Сообщила, что вернулась в страну ненадолго. И сказала, что собирается увидеться с Костей, как только у неё будет свободное время.
— Ну надо же, как она по сыну-то скучает, — мой голос переполнен сарказмом.
— Чёрт, Оль, что ты у меня спрашиваешь — мне-то откуда знать? — раздражённо срывается Демьян.
— Будь добр, не говори со мной в таком тоне, — произношу спокойно и холодно. — Я здесь ни при чём.
Встаю, чуть не покачнувшись, но сделать шаг в сторону двери не успеваю — меня обнимают.
— Прости, — шепчет мне мужчина. — Прости, пожалуйста. Конечно, ты ни при чём. Я просто на взводе… У Элины всегда получалось взбесить меня парой фраз.
Он делает глубокий вдох, поглаживает меня по спине, и я обнимаю его в ответ. Ссориться нам сейчас нельзя, иначе только усугубим и без того сложную ситуацию. Я ни на секунду не верю, что в этой стерве вдруг взыграл материнский инстинкт. Ей что-то нужно, и она надеется добиться этого от Демьяна, а действовать явно собирается через Костю.
— Ты… А как ты вообще приехала? — Демьян отстраняется, смотрит на меня и хмурится. — Конечно, на метро! Оля, почему ты не предупредила?
— Мне нужно было сдать кровь, — пожимаю плечами.
Мужчина отводит глаза.
— Молчишь? — спрашиваю, не дождавшись ответа. — Ну так я скажу — ты начнёшь паниковать, потребуешь ехать на такси или пришлёшь Юру, в машине меня пару раз стошнит, и я приеду в клинику совершенно измученная.
— Олюш, я… постараюсь оставаться адекватным, хорошо? — он утыкается носом мне в висок. — Ты тоже меня пойми.
— Ладно, — выпутываюсь из объятий. — Мне надо посидеть.









