Мама для детей босса (СИ)

После того, как меня отпускают, а дыхание возвращается в относительную норму, я, завернувшись в простыню, лениво рассматриваю кружевные обрывки. Ну и чёрт с ней. Ради такого — не жалко.

— Я тебе десяток новых куплю, — обещает мне Демьян, подтягивая к себе поближе и прижимаясь сбоку.

— Да не надо, — улыбаюсь ему.

— Ещё как надо! — меня целуют в шею. — Мне, знаешь ли, понравилось!

— Всё равно скоро всё будет мало, — возражаю слабо, и мужчина отстраняется, смотрит на меня внимательно.

— Можно? — тянет с меня простыню, обнажая живот, склоняется, нежно прикасается губами чуть ниже пупка.

 — Я до сих пор не могу окончательно поверить, — шепчет, щекоча мне кожу своим дыханием.

— Я сама не верю до конца, — поглаживаю его по волосам, пропуская пряди сквозь пальцы."

"Он поднимается выше, смотрит так, что у меня перехватывает дыхание.

— Я тебя люблю, — в голосе слышится такая убеждённость, что у меня слёзы на глаза наворачиваются.

— Я тебя тоже, — легко касаюсь его губ и прижимаюсь к груди.

Утро начинается… ну, так себе. Я подскакиваю и, кое-как накинув халат, несусь в ванную.

Чёрт, неужели это будет продолжаться ближайшие несколько месяцев? Встревоженный Демьян встречает меня на выходе.

— Слушай, я не специалист, но мне кажется, на таком раннем сроке не может быть такого токсикоза!

— Гинеколог предупредила меня, что с двойней реакция наступает раньше и может быть сильнее, чем при обычной беременности, — пожимаю плечами.

Следующие дни только подтверждают правоту врача. Хуже всего то, что меня начинает жутко укачивать в машине, и становится сложно провожать Костю в школу. Демьян, перекроив своё расписание, отвозит ребёнка сам.

Он очень старается заботиться обо мне, но чем дальше — тем больше это начинает напрягать. Я же не больная, а с меня сдувают пылинки, как с фарфоровой вазы!

В конце концов, психанув, в один из дней добираюсь до клиники на метро. Мне надо сдать анализы и встать на учёт. Демьяна решаю поставить в известность по факту — не пойдёт же он со мной вместе в процедурный кабинет.

Крови в итоге выцеживают чуть не шесть пробирок, и когда я иду к кабинету, мне даже кажется, что у меня слегка кружится голова.

Стучусь, открываю дверь, слыша резкое «Войдите!» и замираю, глядя на высокую блондинку, направляющуюся к выходу.

— Увидимся, Дем, — она, не удостоив меня даже взглядом, небрежно машет рукой тяжело дышащему мужчине и исчезает в проёме.

Я смотрю на Демьяна, вопросительно поднимаю брови. Он запускает пальцы в волосы и матерится себе под нос. Затем поднимает на меня уставшие глаза.

— Это была Элина.

Глава 20

— Чего она хочет? — меня охватывают очень нехорошие предчувствия.