2
0А когда речь идёт о жизни ребёнка, мать готова на всё… даже на преступление…
- О чем вы? – королева Гизелла стряхнула руку Аларии.
- Я пообещала этой девушке, что дам ей сутки, - голос королевы Аларии, сначала звучавший просительно, обрёл твёрдость. – И что никто из-за её действий не пострадает. Расследование относительно действий маршала можно отложить. Через двадцать четыре часа нам будет точно известно, кем он будет – предателем, скрывавшим преступницу, или тем, кто спас ту, которая спасёт короля.
- Вы полны надежды, как я погляжу, - холодно заметила королева Гизелла.
- Мать всегда будет надеяться, - произнесла её невестка тихо и страстно. – Даже когда надежды не будет. Разве вы не понимаете этого? Ведь вы сами совсем недавно потеряли единственного сына. А я потеряла горячо любимого мужа, и если потеряю Генри, то мой муж там, на небесах, точно мне этого не простит.
Кто-то из фрейлин жалостно всхлипнул, да у меня у самой слёзы навернулись на глаза.
- Ваше величество… - почти прошептала Алария, снова дотрагиваясь до локтя свекрови.
Королева Гизелла обвела нас всех взглядом, передёрнула плечами и сказала:
- Сутки, не больше. И поставьте стражу, чтобы Сесилия Лайон не сбежала во второй раз.
Повернувшись на каблуках, она вышла, и только тогда я смогла перевести дух.
Итак, одно сражение я выиграла. Теперь не продуть бы второе, самое важное.
Глава 16Королева Алария не пожелала уйти. Ей принесли новый ужин, мне принесли всё необходимое для лечения, она без аппетита поела, устроилась на кушетке в углу комнаты и затихла. Кажется, уснула. Две фрейлины расположились в креслах и тоже вскоре засопели. Больше в комнате не было ни кроватей, ни стульев, и я поняла, что ночь мне предстоит провести на ногах. Впрочем, смешно было спать в ту ночь, которая может оказаться последней в жизни.
Я разулась, чтобы не беспокоить никого стуком каблуков, и приготовилась бороться за жизнь маленького короля.
Жар не спадал, хотя я протирала малыша прохладной водой и помазала сыпь маслом карите. Пару раз я проветрила комнату, но королю легче не становилось. Сон стал беспокойным, я покачивала колыбель и молилась, чтобы небеса оказались на моей стороне и на стороне этой маленькой жизни, от которой сейчас зависела и моя жизнь, и благополучие дорогих мне людей, и благополучие всего королевства.
Часы мерно отстукивали секунду за секундой, я согрела воды и заварила себе мятного чая, чтобы подкрепить силы и успокоить дух.
Надо сообщить дяде о симптомах… Но как это сделать?..
Стрелки приближались к полуночи, когда в коридоре послышались голоса. Мужские – недовольные и строгие, и женский – ещё более недовольный и строгий. Звучание этого голоса взбодрило меня лучше, чем любой самый крепкий чай, потому что это был голос леди д`Абето.
