Магия любви

Теперь Уоррен обрушился на нее:

— Мне совершенно наплевать, кто тебе нравится, а кто нет."

"— Скоро ты изменишь свое мнение, и я решила тебе заранее объяснить, чтобы впоследствии ты не мучился от ревности.

Уоррен сам на себя не мог надивиться, почему он все это слушает.

— Об этом не стоит волноваться, и прекрати этот дурацкий флирт. Меня это начинает раздражать.

— Хорошие манеры — это не для Уоррена Андерсона. Если я так тебя раздражаю, то почему ты не уходишь?

Будь он проклят, если сам знает, в чем тут дело. Не успел он рта раскрыть, как она сделала шаг к нему и оказалась так близко, что совсем обезоружила его.

— Тебе снова захотелось меня поцеловать, — догадалась она, — но я вижу, что ты не собираешься этого делать. Может, я могу помочь?

Уоррен судорожно сглатывал, не в силах вымолвить ни слова. Она опять соблазняла его. И словами, и взглядом предлагала себя. Боже милостивый, как он хотел ее! Такого сильного желания у него еще никогда не было. Даже…

Одна мысль о Марианне подействовала на него как холодный душ. Уоррен сразу пришел в себя.

— Прекрати! — почти закричал он и схватил ее за запястья даже сильнее, чем следовало.

— Что может тебя вразумить? — спросил он жестко. — Ты мне не нужна! Пойми!

— Вздор, — спокойно бросила она, — ты можешь сходить с ума, сколько хочешь, но только не лги. Ты не хочешь жениться, но я сейчас уже не об этом, какой-нибудь выход найдется. Только не говори, что я тебе неинтересна. Не теперь, когда я знаю, как ты меня целовал, — Я хотел тебя проучить. Эми усмехнулась в ответ:

— Да-да, я в восторге от этого твоего урока.

Уоррен не стал отпираться, но спросил с отчаянием:

— Скажи, зачем тебе это нужно?

— Ты о чем? — Не притворяйся, ты из кожи вон лезешь, чтобы меня соблазнить.

— Неплохо у меня получается, правда?

— Отвечай! Почему ты так упорствуешь, несмотря на мое сопротивление?

Эми в ответ сказала со вздохом:

— У меня не хватает терпения дожидаться того, что все равно неизбежно. Не понимаю, зачем тратить попусту время. Рано или поздно ты влюбишься в меня, мы поженимся и будем несказанно счастливы. Пускай это случится, Уоррен, доверься мне, и я возвращу смех в твою жизнь.

Уоррена поразило, с каким серьезным лицом, с какой искренностью девушка произносила эти слова. Она была хороша, надо признаться. Но Уоррена преследовал вопрос: скольких она вот так пыталась женить на себе или же довольствовалась постелью? Тут он подумал, что поощряет ее, слушая и споря с ней.

— Твои старания напрасны. Сейчас от женщин я хочу только одного, и мне нетрудно этого добиться.

— Тебе не обязательно быть грубым, — сказала она тихонько.