Магия любви

Уоррен вдруг назло неизвестно кому решил не избегать ее и стал спускаться по лестнице. Когда Эми встретилась с ним глазами, ее шаги замедлились. Она не улыбнулась, не остановилась, но легкая краска появилась на ее щеках.

Что ж, все верно. Ей не повредит понять наконец пагубность своих порывов. Если она привыкла укладывать мужчин одного за другим, неудивительно, что невинность ее давно потеряна. Уоррену не приходило в голову, что она говорила эти слова только ему одному.

Уоррен спускался с лестницы не торопясь и не отрывая взгляда от Эми. Она не опустила глаз, только щеки стали чуть ярче.

Раздражение Уоррена усилилось, и, спустившись вниз, он сказал сухо:

— Правильно, ты и должна быть смущена.

Эми, казалось, была слегка удивлена, услышав его замечание, но только на мгновение. На ее лице опять появилась улыбка, и она сказала:

— Я вовсе не смущена, а порозовела потому, что вспомнила наш поцелуй. Сразу скажи мне, когда тебе захочется его повторить.

Смелость девчонки, вернее, ее нахальство разоружило Уоррена, и он только и нашелся что сказать:

— Разве я тебя не предупреждал?

— А что будет, если я не стану обращать на это внимания?

Ненормальная.

Вместо того чтобы бежать без оглядки от его грозного вида, она бросает ему вызов. Уоррен не имел дела с такими женщинами, обычно его возлюбленные старались не будить в нем зверя, понимая, что задевать его самолюбие небезопасно, и даже разговаривали в его присутствии мало.

Уоррен не знал, как себя с ней вести, и решил ее припугнуть:

— Мне надо поговорить с твоим отцом. Эми, однако, ничуть не испугалась.

— Ну что ж, рано или поздно он все узнает, но, чтобы ускорить события, сообщи ему, что я мечтаю о тебе, может, тогда легче будет просить у него моей руки.

Она была неисправима. Уоррен готов был встряхнуть ее как следует, хотя, положа руку на сердце, хотелось ему совсем другого. Он должен был сказать ей раз и навсегда:

— Мне не нужна твоя рука. Я не собираюсь ее просить, и мне нечего тебе предложить, девочка.

Эми неожиданно выпрямилась, глаза се заблестели, она ткнула пальцем ему в грудь и зачастила:

— Даже у таких красивых и высоких, как ты, нет права называть меня маленькой. Если бы ты был внимательнее, то заметил бы, что я выше твоей сестры, а ее тебе даже в голову не приходит так называть.

Уоррен растерялся от ее атаки.

— Я не имел в виду твой рост, маленькая девочка.

— Знаю, — вздохнула Эми, — я нарочно так сказала, чтобы ты не стал мне говорить всякие глупости о разнице в возрасте. Ты и сам прекрасно знаешь, что мужчины и старше тебя часто женятся на девушках моего возраста. Кроме того, с тех пор как я влюбилась в тебя, ровесники кажутся мне какими-то глупыми и незрелыми. Несколько исключений — мои родственники, а они не в счет.