22
0– Мы его заманим в подворотню, а ты будешь бить…
– Давайте вы все провернете, а я здесь посижу, – предложила я и бросила быстрый взгляд на экран видения.
Он вдруг мигнул, на пару секунд покрылся белой рябью, а потом появилось охваченное яростным пожаром здание заброшенной мануфактуры. От неожиданности я даже протерла глаза. Кутилы, следившие за футбольным матчем, не заметили, что трансляция прервалась, и картинка поменялась. Они как ни в чем не бывало продолжали пялиться на экран. Когда в шумном кабаке вдруг смолкли абсолютно все звуки, стало ясно, что представление предназначено только для меня. В тишине зазвучал бесстрастный голос диктора: «Взрыв произошел в семь утра. Мануфактура на юго-восточном шоссе, в тридцати верстах от городской стены Ветиха, вспыхнула как стог сухого сена. Погибли люди и аггелы…»
– Веда? – Голос Ратмира вернул меня в реальность.
– А? – Я вздрогнула, выходя из транса. На экране снова бегали футболисты, заведение шумело и веселилось. Пугающее наваждение испарилось, и оценивать его вовсе не хотелось.
– Ты в порядке? – Ветров окинул моих соседей нехорошим взглядом, и без того притихшие гоблины съежились. – Они тебе что-нибудь сделали?
– Разве брат брата обидит? – всполошился один из моих новых знакомых и замахал руками: – Так что не надо нас бить.
Ратмир скептически заломил бровь. На стол с грохотом бухнулись мои косолапые ботинки, прошедшие огонь, воду и аггеловские деревни, и от страха у моих соседей свернулись трубочками уши. С трудом сдерживаемая улыбка на лице мужчины не оставляла сомнений, что и я приобрела тот же дурацкий вид.
– О, смотри, брат, тебе обувку из помойки достали, – ткнул сосед зеленым крючковатым пальцем в мои разнесчастные боты.
– Много ты понимаешь, – фыркнула я, отказываясь признать тот факт, что купленные за неприлично большие деньги в центральной обувной лавке ботинки провалили проверку на прочность.
Протискиваясь мимо соседа, я как будто случайно впечатала локоть в его приплюснутый нос. Бедняга с возмущением замычал, но ответить в присутствии высокого защитника, имевшего весьма суровый вид и аггеловские рожки в спутанных волосах, побоялся.
– Мне дали первые уроки разбоя, – натягивая на заледеневшие ноги ботинки, объявила я, – и научили ругательству. Хочешь, скажу?
– Не стоит. – Ратмир с улыбкой следил, как, балансируя на одной ноге, я пыталась на весу завязать шнурок. В конце концов он подхватил меня под локоть, помогая сохранить равновесие.
– Нет, ты послушай, – пропыхтела я и громко произнесла: – Цао!
Как назло в этот момент в кабаке оборвалась музыка.
