4
0
Можно подумать, я хоть в чем-то перед ним виновата!
Да даже если бы я собралась встретиться с Лосевым! Какое дело Бергману?
На секунду представляю, что увидела его с синей девой, и меня перекашивает.
Но это другое!
Оба кипя и скрипя зубами, мы в полнейшей тишине доезжаем до моего дома.
И не подумаю ничего объяснять и ни в чем оправдываться! Нашел козу отпущения! Бергман же явно давит мне на психику своим недовольством.
Припарковавшись, напротив моего подъезда Гера сурово смотрит в лобовое стекло, давая мне понять, что я вся виноватая непонятно в чем.
— Ты зачем приезжал? — спрашиваю я, наконец, сообразив, что Бергман приехал ко мне на работу на два часа раньше, чем я должна была закончить. И тут же спохватываюсь, что вопрос звучит грубым наездом, но исправлять что-либо уже поздно.
Отмерев, Гера открывает бардачок и достает оттуда мои перчатки, которые я — растеряша — похоже, забыла у него в доме.
И мне становится так обидно.
Вот ведь, хотел обо мне позаботиться, а сраный Лосев все испортил. О том, что Бергман меня просто мог не застать, я сейчас не думаю. Хочется что-то сказать, как-то сгладить, убедиться, что ничего непоправимого не произошло, но слова не идут.
— Спасибо, — мямлю я и, не дождавшись ответа, выхожу из машины.
Я жду хоть чего-то, что Гера окликнет, наорет, наязвит, но жестоко обламываюсь.
К себе я поднимаюсь, уже шмыгая носом.
А зайдя в квартиру, начинаю реветь. Ругаю себя и реву.
Букет в вазу ставлю, а слезы текут.
Пялюсь в окно, вдруг Бергман там еще. Я бы хотела, чтобы он в растрепанных чувствах, там тоже переживал, но машины нет.
Из-за ничего, невразумительного пустяка все пошло псу под хвост.
Что все, непонятно, но точно оказалось в заднице.
Телефон пиликает из кармана пальто, и я бросаюсь к нему в надежде, что это Гера, но это Лосев! Чтоб ему пусто было! Удаляю, даже не читая. Заношу в черный список. Подумав, и тот второй номер, с которого он написывает мне ночами, тоже.
Блондаю по квартире, раздираемая противоречивыми желаниями.
Тянет свернуться калачиком под одеялом и гордо глотать слезы, одновременно хочется позвонить Гере и все объяснить, ну и вишенкой на торте желание просто наорать на Бергамана и обвинить во всем его, припомнив ему всех его баб и телефонные номерки в вазочке.
Прошлаговавшись в тоске по квартире с час, я не выдерживаю и выбираю четвертый вариант.
Все. Выпускайте кракена.
Звоню Медведевой. Мне нужно крепкое женское плечо и пара бутылок белого сухого.
Алка отвечает сразу, будто ждала звонка.
— А я как раз тебе собиралась набрать, — и голос у нее странный.
На заднем фоне играет музыка, звенят ложки, слышится смех.
— Очень вовремя, ты свободна? — вздыхаю я.
— Мы с Анькой кофе встретились попить… — мнется подруга.
