Случайный шаг

Внеся ребенка в большую комнату, парень усадил Ладу на лавку и, повернувшись к хозяйке, спросил:

– Беляна, а кто у вас девочкам обычно уши для серег прокалывает?

– Бабки да матери и прокалывают, дело-то нехитрое, – пожала женщина плечами. – А тебе-то что до того?

– Да вот, сделал я ей кое-что, а оказалось, ушки не проколоты, – улыбнулся Беломир, выкладывая на стол серьги.

– Ох ты ж красота-то какая! – ахнула женщина, рассмотрев украшения. – Да еще и серебряные. Неужто денег не жаль?

– Деньги заработаем, – отмахнулся Беломир. – Как думаешь, станут купцы такие покупать?

– Да как иначе-то? – всплеснула хозяйка руками.

– Ну и добре. Тогда, как поедим, ты Ладе ушки и проколешь. Сумеешь?

– Спроворю, – решительно кивнула Беляна, погладив девочку по голове.

Усевшись за стол, Беломир с удовольствием отдал должное хозяйкиной стряпне и, самостоятельно заварив себе чай, принялся наблюдать, как хозяйка готовится к операции. Смазав мочки ушей и иглу уксусом, хозяйка потерла девочке мочку пальцами и одним ловким, точным движением пробила ее насквозь. Сунув дужку серьги в уксус, она потом вдела украшение в ушко и, отступив, с улыбкой спросила:

– Ну что, красавишна, второе-то колоть станем? Не забоишься?

– Коли, тетенька, – решительно ответила девочка и, зажмурившись, подставила второе ухо.

Но как только Беляна взялась тереть мочку, из уголка глаза девочки скатилась одинокая слезинка.

Дождавшись окончания процедуры, Беломир жестом подозвал девочку к себе и, поглаживая по голове, негромко похвалил:

– Умница. Все стерпела. Даже боли не испугалась.

– Тетка Беляна не больно делала, мне просто очень страшно было, – тихо призналась девочка.

– Все равно ты молодец. Зато теперь будешь у нас с серьгами ходить, как взрослая, – улыбнулся парень, отпуская ребенка.

– Благодарствуй, тетенька, – развернувшись, торжественно поклонилась Лада. – И тебе, дядька Беломир, благодарность моя великая. Что от татар спас, что кормишь, да подле себя жить дозволяешь, и что вон… даже серьги подарил.

– Не на чем, – сглотнув вставший в горле ком, отмахнулся парень.

Он и сам от себя не ожидал подобной реакции. Но сияющие глаза девочки и какое-то торжественное, одухотворенное выражение на ее мордашке заставили его принять эти слова всерьез.

Грустно улыбнувшись, Беляна сначала прижала девочку к себе, а после, нагнувшись, ласково расцеловала в обе щеки. Всю воцарившуюся обстановку в доме разрушили чьи-то тяжелые шаги в сенях. Беляна, отодвинув Ладу, шагнула к двери, насторожившись. Беломир, отлично помня, где и в какой обстановке живет, уже привычным движением сдвинул кинжал под руку. Но все оказалось не так плохо.

– Мир дому сему, – с порога произнес вошедший Родомил.

– Благодарствуй, казак.