Кукла

На ней не было формы, или чего-то, что свидетельствовало бы о том, кем она здесь служит, но по учтивом общении Тайры можно было догадаться — она прислуга.

— Спасибо… Можно я оденусь? — странный вопрос, но в подобной ситуации вполне логичный.

— Конечно, дорога… Мисс Картер, — женщина резко запнулась, пытаясь совладать с эмоциями."

"— Можно просто — София, — девушка ободряюще улыбнулась, давая понять, что не обижается на подобную фамильярность.

Более того, когда в последний раз её кто-либо называл «дорогой»?

Тайра определённо понравилась Софии и у девочки даже появилась надежда если не выбраться из этого дома, то хотя бы облегчить свою участь. Она ещё не знала, что всё, происходящее здесь не делается без приказа, или одобрения Хозяина.

Женщина вышла из комнаты юной особы и, прикрыв дверь, облокотилась об неё.

«Надо же, какая маленькая… Совсем ещё ребёнок!» — Тайра не ожидала подобного, когда Робертс попросил её «подружиться» с его гостьей.

Ей стало жаль Софию. Она отлично знала нрав Тайлера, ибо ещё много лет назад сама его и вырастила, будучи воспитательницей в детском доме.

Тайра Джонсон не могла иметь детей, а потому, семейная жизнь у неё не заладилась. После тяжёлого развода с мужем она устроилась нянечкой в ясли при детском доме, где и увидела впервые Его. Крохотный малыш с надеждой в карих глазах тянул к ней свои ручки. Он не кричал, не шумел и даже не плакал, как другие дети. Он просто ждал.

Тайра обняла мальчика и больше не смогла оставить его. К сожалению, сколько она не умоляла службы опеки разрешить забрать малыша, ей не позволили, отмахиваясь тем, что она одинока и не достаточно обеспечена. Сама себе женщина пообещала, что будет с ним до конца. С тех пор, Тайлер, имя которому дала миссис Джонсон, был всегда рядом с ней, считая ту своей матерью. Он называл её по имени, но сколько тепла было в этом обращении.

Тайра Джонсон — единственная женщина в его жизни, которую он по-настоящему любит и ценит. А для неё он единственный и неповторимый лучик. И женщине было неважно, что этот «Лучик» хладнокровный тиран. Ведь, матери любят своих детей, какими бы те ни были.

— Почему она не спустилась? — Робертс нервно расхаживал по кухне, на ходу допивая свой кофе.

— Одевается… Тай, ты не говорил, что она ещё ребёнок, — женщина обеспокоено заглядывала в глаза своего воспитанника.

— Какой ребёнок? Ей девятнадцать! — мужчина нервно поглядывал на лестницу.

— Неважно сколько ей лет, она совсем не похожа на твою Одри, или Тесс…

— Именно поэтому она здесь. Прошу тебя, закроем эту тему, — безапелляционным тоном аргументировал Тайлер.

Наспех умыв лицо и собрав в пучок длинные волосы, София быстро зашагала по лестнице вниз.