Кто в чемодане живет?

Вот только Мирон не мог вспомнить ни одного дня, который он и Филипп провели вместе. Отец не посещал с сыном театр-цирк-кино-зоопарк, не читал книг, не укладывал спать. Все делала нанятая им няня. Мирон рано понял: отец порядочный человек, но он не любит его, заботится о нем из чувства долга.

Лет в десять Мирон спросил у Филиппа:

– Где моя мама?

Старший Стен помолчал, потом сказал:

– Ты уже взрослый, следовательно, я могу сообщить тебе правду. Моя фамилия на самом деле Стентин. А имя по паспорту Федор. Но я представляюсь как Филипп Стен, чтобы походить на выходца из Лондона, коим на самом деле не являюсь.

Репетитор-англичанин зарабатывает в разы больше, чем российский коллега. Ты появился на свет в середине смутных девяностых. В стране уже пытались навести порядок, но не особо получалось. За приятную сумму тетка в загсе записала младенца Мироном Филипповичем Стеном, а его отцом указала Филиппа. Свой паспорт я не менял, на то имелись свои причины. Но у меня в запасе есть еще один главный документ гражданина, где я не Федор. Я его в давнюю давнину в метро купил, выглядит он лучше настоящего. Фальшивое удостоверение личности мне нужно исключительно для родителей учеников. Но его у меня ни разу не спросили! Твоя мать Анастасия Сиротина умерла. От тяжелого недуга. Ее брат Антон Сиротин был моим лучшим другом детства. Мы занимались в одной спортивной секции. Думаю, пока это все, что нужно тебе знать.

– Чем мама болела? – спросил мальчик.

– Проблемы с желудком, – обтекаемо сообщил Стен, – надеюсь, ты понимаешь, что нельзя рассказывать никому обо мне правду. Иначе я лишусь уроков, не смогу платить твоей няне, ты будешь сидеть один дома, и мы превратимся в нищих.

Мирон испугался и прикусил язык.

Когда парню стукнуло шестнадцать, он попросил у отца денег на празднование дня рождения.

– Хочешь пригласить гостей? – удивился родитель. – Зачем? Дам, как обычно, конфет, отнесешь в школу, угостишь одноклассников, и делу конец.

– Папа, я уже взрослый, – вздохнул подросток, – в моем возрасте приятели приходят в гости, для них накрывают стол, устраивают танцы.

Филипп поморщился.

– В гости? Сюда? Орда дурно воспитанных детей понесется по квартире? Непременно что-то разобьют, полезут в библиотеку, испачкают книги.

Нет, мне не нужно такого счастья.

– Можно в клуб пойти или в кафе, – предложил мальчик. – Дай денег, пожалуйста.

Отец молчал.

– Папа, у нас каждый ученик праздник закатывает, – начал упрашивать Филиппа подросток, – я посещаю чужие именины, а сам чай ни разу не устроил, нехорошо же так.

Стен улыбнулся.

– Значит, ты больше не маленький. Пакет конфет в класс не понесешь?

– Нет, я давно вырос, – пояснил Мирон.

– Стал взрослым? – уточнил родитель.

– Да, – подтвердил сын.

Филипп сложил руки на груди.