Красотка

Что я упустила? Что прозевала, тратя время и силы на то, чтобы вникнуть в дела чужих и, в общем-то, безразличных мне людей? Сашка больна?! И так серьезно, что ей нужна операция?!

– А сама ты не видишь?! – огрызнулась дочь.

Отбросив мишку, который успешно совершил мягкую посадку у меня в ногах, она двумя руками схватилась за свои щеки и растянула их, как гармошку:

– Вот! И как мне с этим жить?

– С чем, со щеками? – уточнила я.

Страх прошел, уступив место злости.

Смотрите-ка, щеки ей не нравятся! Да где-нибудь в голодной Африке пятнадцатилетние девочки о таких щеках только мечтают! А в Индии, где тоже проблемы с продовольствием, я слышала, это до сих пор примета настоящей красоты!

– А не зажралась ли моя милая дочь? – сдерживаясь, чтобы не заорать, спросила я плюшевого медведя.

Он дипломатично промолчал, зато сама Сашка взвыла:

– Я так и знала, что ты не поймешь!

– Чего, Саша? Идиотского желания лечь под нож, чтобы исправить воображаемые недостатки внешности? – Я почувствовала, что закипаю. – Тебе мало примера тети Наташи? Ты не понимаешь, как это серьезно? Хочешь оперироваться, рискуя превратиться в уродину? И это при том, что еще пара лет, и от твоих пухлых детских щечек и следа не останется!

– Я не могу столько ждать! – В Сашкиных глазах заблестели злые слезы.

Она сдернула с моей кровати своего медведя и, гневно размахивая им, убежала прочь.

– И жить торопится, и чувствовать спешит, – пробормотала я и, немного помедлив, рухнула на подушку.

Что за жизнь у меня, а? И что за люди вокруг? Все хотят денег и страдают от недостатка красоты, хотя на самом деле им явно не хватает совсем другого. Мозгов!

Интересно, нет ли таких клиник, в которых пациентам добавляют ума, здравого смысла и рассудительности? Я бы туда донором пошла, чтобы поделиться мозгами с сестрой и дочкой!

На кухне буйствовала разобиженная Сашка, успокаивающе журчал голос Натки, хлопала дверца холодильника и звенели чайные ложечки: мои красавицы, но не умницы, парадоксальным образом утешались вредным для фигуры и щек калорийным тортиком.

Я подумала, а не выйти ли к ним? И решила, что не выйти.

Накроюсь с головой одеялом, пересчитаю отару-другую овец и буду бороться с серым цветом лица и мешками под глазами по методу доктора Морфея – дешево и сердито.

Глава третья

Утро рабочего дня порадовало меня некоторым разнообразием. На сей раз я встретила в коридоре у своей двери не Плевакина, а Диму с Верочкой.

Они вышли из кабинета гуськом, как верблюды в караване, и тоже с грузом: оба держали в руках по стопке папок. У Верочки стопка доходила до подбородка, которым она ее и придерживала, у Димы – до самых глаз. При этом лицо Верочки от подбородка до глаз укрывала одноразовая медицинская маска, с которой так сроднилась моя сестрица Натка.