3
0За неполные три дня им предстояло сделать большой круг, чтобы вернуться к временной могиле мессира Маноло.
– Ваша милость! – позвал гном, догоняя Каспара на своем Шустрике. Лошадь мессира Маноло бежала следом.
– Ну?
– Ваша милость, а вы, правда, надеетесь увидеть мессира Маноло живым?
– Надеюсь, Фундинул.
– И мы с Шустриком тоже надеемся.
Талисман на груди Каспара снова завибрировал, предупреждая об опасности.
«Наверное, они мне не поверили», – подумал Каспар. Он решил, что эльфы следят за отрядом, пробираясь по лесистым холмам.
Дорога понемногу забирала влево, повторяя изгиб реки. Прежде она проходила по самому берегу, но после того как расплодились озерные люди, дорогу перенесли за холмы, барьером ограждавшие прибрежные леса от равнины.
Впрочем, даже после этого озерные чудовища каким-то образом пробирались к дороге и нападали ночью на спящих путников. В долине они воровали скот – отказать озерному человеку в чем-либо было невозможно, всякого, кто пожалел лошадь или не отдал золото, ожидала кара. За этим человеком начинали охотиться озерные люди всех рек, озер и болот. В конце концов жизнь проштрафившегося заканчивалась трагически.
Убийство чудовища тоже не помогало, каким-то образом оно успевало передать имя своего обидчика общине.
Дорога спустилась в заросшую молодым лесом лощину. Каспару подумалось, что это идеальное место для засады на эльфов. Жаль, что ставить ее было еще рано, сначала требовалось обмануть эльфов, не явившись на дистанцию, а уже потом ждать их у дороги.
Снова завибрировал талисман, и Каспар прикрыл его рукой, словно успокаивая. В этот момент с ветки свесилась чья-то рожа и весь лес сразу будто ожил – с обеих сторон дороги, с визгом и улюлюканьем, к всадникам бросились разбойники.
Каспар ударил наотмашь одного, оттолкнул ногой другого, но в следующее мгновение получил по затылку дубинкой. Короткого замешательства хватило, чтобы враги стащили его за платье и принялись избивать ногами и пустыми ножнами.
Неподалеку, словно раненый лев, катался по земле облепленный уйгунами Углук.
Фундинул успел спрятаться под брюхом Шустрика и яростно кусал за руки всех, кто пытался его оттуда вытащить. Приплясывающий от щекотки Шустрик орал по-ослиному и брыкался, пресекая атаки на своего хозяина.
Бертран уже валялся без чувств, однако разбойники не прекращали его избивать, хотя большинство ударов приходилось на доспехи.
Каспар прикрывался как мог. Он уже понял, что прямо сейчас убивать его не станут, иначе колотили бы не ножнами, а мечами. Где-то шипели и орали кошки, впрочем, от сильных ударов, которыми его награждали, могло почудиться что угодно.
– Хватит! Остановитесь! – прозвучал чей-то властный голос, и избиение прекратилось.
