5
0В общем, вполне прилично. Бабуля-хозяйка дверь открыла с первого предъявления, даже не стала спрашивать, кто и от кого, заперла за гостями, ткнула пальцем в сторону гостиной, указала на кухню, пользуйтесь, мол, и, не поднимая взгляда, уковыляла к себе в спальню.
Кухню проигнорировали как пережиток: сняв верхнюю одежду в прихожей, сразу прошли в зал. Сидели на софе, пили под Энигму шампанское.
С трудом выдержав минут десять, ухажер прокашлялся и хриплым голосом предложил потанцевать. Не удержавшись, впился жадным поцелуем в девичьи губы, пахнущие шампанским и гусиным паштетом, сжал студентку в объятиях так, что косточки хрустнули, повалил на диван, лихорадочно стаскивая одной рукой с себя штаны…"
"— М-м-м-м-ммм, — блаженно промычал Александр Евгеньевич, крепко зажмурив глаза и не желая приходить в себя.
И, судя по всему, соврал. Потому что немедленно вслед за сказанным…
— Бац!!! — на ядреный затылок сибиряка обрушился страшный удар чем-то тяжелым. Александр Евгеньевич, так и не раскрыв глаз, плавно провалился в вязкую глухомань небытия…
Глава 5
Против кого дружите?
На некоторое время центром внимания стал станичный фельдшер Бурлаков, известный пьяница и коновал по сути своей, — оказалось, что не такой уж он и валенок в медицине, когда приспичит.
Отняв у кого-то из казаков исподнее, фельдшер сноровисто спеленал новорожденного, укутал в свою телогрейку и перепоручил старшине Чубу, который по праву считался самым опытным нянем, воспитал на своем веку с добрый десяток внуков.
Затем Бурлаков занялся ранеными: остановил кровотечение новичку с раздробленной ступней, перевязал «притертого» и его водилу и, покопавшись в своей зеленой сумке из плащ-палатки, извлек коробку со шприц-тюбиками промедола. И задумался на минуту, сведя в кучу дугообразные жидкие брови.
— Коли, нах. Чо замер, нах? — прикрикнул атаман, наблюдавший за фельдшером.
— А у вас промедола нету? — поинтересовался фельдшер у «притертого», жалко было тратить на чужаков дефицитное лекарство, которое ко всему прочему можно было использовать для «торчка» и выгодно менять на хорошие вещи.
— Нету, — исходя болевой испариной, покачал головой омоновец. — Водка есть. Там, у мангала…
— И то дело! — обрадовался Бурлаков и, оправдываясь перед атаманом, поспешил заметить:
— Они же уже и так датые, нельзя мешать одно с другим. Ща накатят по стакашку, нормально будет. Потом отходить начнут, добавлю.
