2
0Платье бы ей, конечно, подлиннее, а то еще немного, совсем чуть-чуть, и будет видна ее прекрасная круглая и упругая попка, по которой так и хочется отшлепать, даже ладошка чешется.
Еще стереть с ее губ эту яркую отвратительную помаду. Нет, точнее, сожрать, закусать их в кровь, чтобы больше не смела так краситься. Откуда вообще в нем взялись такие мысли, Сергей не понимал. Заместитель наливал, но Волков отказался от выпивки, даже не притронулся к еде, больше наблюдал за своим секретарем.
Вот Анастасию пригласили на медленный танец – как раз тот самый парень, который носил ее недавно на руках, они о чем-то мило разговаривали, смеялись.
А дразнить страшного в гневе Серого Волка нельзя, он ведь может украсть загулявшую Красную Шапочку и утащить в свое логово.
Он так и сделает. Нечего здесь крутить попкой и задирать ноги.
Глава 32
– А ну, стоять! Куда направилась?
Анастасию резко дергают за руку, тащат куда-то в сторону. Девушка сопротивляется, упирается высокими каблуками в пол.
– Что ты… отпусти! Что происходит? Что вы делаете?
Она спокойно возвращалась из туалета снова в зал, чтобы потанцевать и оторваться окончательно, хотя ноги и так уже гудели.
Нет, Настя не ожидала такого обращения и никуда не собиралась с ним идти. Пусть сам катится куда подальше, куда хочет, ей все равно.
– Постойте, куда вы меня тащите? Отпустите!
Сопротивление было слабым, сил под воздействием выпитого алкоголя было мало. Больше было похоже на то, что пьяную Ветрову волочили, как тряпку по полу.
– Твоя вечеринка закончена!
– Что значит закончена? Нет, я не хочу! Моя вечеринка только началась.
– Хватит, достаточно позора. Я уже много что увидел."
"– Какого позора?
Мужчина резко остановился, навалился, прижимая Настю к стене, как раз за большой кадкой с фикусом. Возвышаясь над ней огромной скалой, придавил грудью, обдал лицо горячим дыханием, тяжело дыша, раздувая ноздри.
– Если ты еще выпьешь и останешься, точно пойдешь по рукам, или трусики начнут летать по танцполу.
– Да что вы такое себе позволяете? Что за чушь несете? Я остаюсь, а вы можете ехать, нет, ты, мы же на «ты», мы не на работе.
– Ты никуда не пойдешь и будешь слушаться меня.
Сергей проследил за девушкой, та, стараясь быть незамеченной, выскочила из зала, подождал немного, а когда она возвращалась обратно, поймал ее.
Сам не понял, чем был вызван этот порыв, но больше он не хотел, чтобы на нее кто-то смотрел, пялился, лапал и танцевал, а уж тем более носил на руках. Это будет делать только он.
Сердце сдавило тисками, во рту скопился неприятный привкус.
