Комэск

Когда явился Синицкий, Олег не заметил, но утром вид у него был довольный даже во сне. Спал он тихо и безмятежно, только посапывал, зато Степан храпел за двоих, лежа кверху пузом у хозяйской кровати, периодически почавкивал и причмокивал и снова принимался выводить рулады. Северов вышел на улицу и немного размялся, а когда вернулся, комэск уже умылся и готовился идти на завтрак. Про ночные похождения Олег не спрашивал, а Гоша ничего не говорил, с задумчивым видом уминая пшенную кашу.

В этот день в воздух поднялись всего один раз, облетали машины и заодно патрулировали в районе аэродрома. «Ишачки» оказались неплохи, не ушатанные, но с одним существенным недостатком. Ни на одном самолете не было радиостанции, даже приемника. Это здорово будет затруднять управление подразделением в бою, но ничего не поделаешь."

"В этот день начали наконец прибывать недостающий личный состав и техника. В полку теперь насчитывалось двадцать шесть истребителей, по двенадцать в каждой эскадрилье плюс пара управления. Сотников сказал, что изначально речь шла о трех эскадрильях, но людей пока нет. Летный состав был разномастным, с боевым опытом, правда, всего два человека, причем еще с Халхин-Гола. Остальные кто из запаса, кто из авиаполков ТОФа, кто недавно из летной школы. Новички попали в основном в первую эскадрилью, Олег ожидал возмущения со стороны Синицкого, но тот промолчал. Он вообще Северову понравился. На земле это был настоящий Винни-Пух, но в воздухе он преображался. Да и характер имел твердый, не боялся спорить с начальством, если считал себя правым. Оказался хорошим педагогом, умел объяснить подчиненным, что и как надо делать. Прекрасно летал и стрелял. А с Северовым они нашли общий язык и хорошо ладили, даже Степан, очень недоверчиво относившийся ко всем, кроме хозяина, считал Олега вторым по значимости человеком после Гоши.

Командирами звеньев из двух пар стали лейтенанты Ковин и Горобченко, тихоокеанцы, летчики довольно опытные, хотя и не участвовавшие ранее в боях, а вот остальные шесть пилотов были зелеными сержантами выпуска конца 1940 или середины 1941 года.

Ведомым Северова стал сержант Сергей Малинкин, романтичный юноша, отличник и шустрый малый. Соображал он быстро, но так же быстро и увлекался. Ведомый Синицкого, старший сержант Терентий Соломатин, был поопытнее, летал уже почти год, но был, наоборот, тугодумом. Соображал медленно, компенсировал это тем, что старался придерживаться правил. Северов и Синицкий настойчиво долбили, что главное для них удержаться за ведущим, не насбивать сразу тучу врагов, а для начала самим остаться в живых.

Тренировались пешим по-летному, Северов и Синицкий давали теорию, но несколько дней – это ничтожно мало.