Комэск

Расспрашивал майор большей частью Северова, поскольку работа 5-го истребительного полка ему была, в общем, неплохо известна.

– Вот слова про должность комэска звучат многообещающе, – протянул Гоша, но развить мысль не успел, его взгляд зацепился за приятные округлости девушки, ставившей на стол тарелки с супом. Вскоре лицо его расплылось в мечтательной улыбке, отчего он окончательно стал похож на мартовского кота. Сотников не удержался и хмыкнул, а Олег вспомнил слова Самохина про одного из главных ловеласов авиации Балтфлота. Похоже, не лишено оснований. Гоша масляными глазами следил за девушкой, но с аппетитом съел гороховый суп и принялся за второе, макароны с мясом.

После обеда отправились вместе с Сотниковым в штаб полка, небольшое одноэтажное здание на краю аэродрома. Формируемый полк пока дислоцировался здесь, в Пушкине. Вакансий хватало, обещанное пополнение задерживалось, с техниками, правда, было получше. Майор определил Синицкого командиром первой эскадрильи, а Северова к нему замом. На весь полк было десяток машин, все «И-16» тип 28, больше, чем наличных летчиков, так что новоиспеченный комэск со своим заместителем могут выбирать себе самолеты. Начальство обещало в самое ближайшее время выделить пилотов и технику, но пока по факту есть только три летчика, включая самого комполка.

Остаток дня Северов и Синицкий изучали район боевых действий (вернее, изучал Олег, а Гоша просто вспоминал, Низино от Пушкина не так уж далеко), но сначала выбрали себе машины. Старший лейтенант секунд десять помедитировал перед стоящими в ряд «И-16», потом уверенно ткнул пальцем в истребитель с номером 22, а Олегу приглянулся «ишачок» номер 12. Познакомились и с техниками, двадцать вторую обслуживал молодой веснушчатый паренек, сержант Иван Безбородов, а двенадцатую сумрачного вида старший сержант Волобуев, или просто Кузьмич.

Когда летчики отправились на ужин, полк, а вернее, первая эскадрилья неожиданно получила пополнение. Гоша вдруг завопил:

– Степашка! Ты откуда здесь?!

И принялся гладить небольшую дворнягу довольно потешного вида. Как объяснил Синицкий, это была коротколапая помесь бульдога и таксы, коричневого с рыжиной цвета, белой грудью и черными полосами. Степану было чуть больше года, Синицкий подобрал его маленьким щенком в Таллине, а когда был ранен, то оставил в Низино. Как Степа попал сюда, неизвестно, но рады были оба. Гоша с аппетитом поужинал, не забыл покормить собаку, выпросив для него остатки обеденных макарон, и принялся мурлыкать что-то девушке, которая приносила им тарелки с тушеной картошкой. Кончилось тем, что Северов ушел из столовой один и завалился спать в выделенной для первой эскадрильи просторной комнате, пока совершенно пустой.