5
0- Контракты где лежат? Куда класть?
- Контракт - сюда, - скомандовал следователь, тщательно следящий за тем, чтобы каждая попавшая в его кабинет бумажка оказалась внесенной в протокол, составленный при обыске. - Сейчас я его найду...
Он искал соответствующую строчку в протоколе, машинально водя в воздухе карандашом вслед за собственными глазами, и бормотал вслух:
- Не то, не то, дискеты... платежное поручение... договор... вот черт, что-то я не найду, неужели не внесли? А, нет, вот он. Есть, дальше поехали.
- Договор на туристическое обслуживание, девяносто восьмой год, клиенты Рубцов и Плетнева.
- Есть, дальше.
- Еще один договор, девяносто девятый год. Отдыхать господа миллионеры собирались аж на Майами, - сочувственно покачал головой Зарубин. - Да теперь уж не придется. Все, у меня большие листы кончились, остались только маленькие бумажки с записями. Номер телефона и подпись ""ДЭЗ, дежурный электрик"".
- Сюда, - ткнул пальцем Лесников. - Все записи бытового характера складываем отдельно, потом проверим, может, это код какой-то.
- Ой-ой-ой, - насмешливо протянул Сергей, - ты в детстве в шпионов не наигрался.
- Давай туда же, Женя говорила, что ее преподавательницу немецкого зовут Кристиной, может, это она.
- Номер телефона и подпись ""Кирилл""."
"- Кто такой? Клади в отдельную кучку, будем проверять.
- Кирилл? - Настя оторвалась от телевизора и повернулась к Зарубину. Ну-ка дай посмотреть.
Она протянула руку, взяла у Сергея маленький зеленый листочек из тех, что продаются пачками по сто штук.
- Это телефон Ярового, - произнесла она медленно и удивленно.
Она передала листочек Лесникову и снова уселась на пол перед телевизором. Повисшая в комнате тишина заставила ее через несколько секунд тревожно обернуться.
- Вы что там... Игорь, что случилось?
Следователь и Сергей Зарубин молча смотрели на Лесникова, который, в свою очередь, сидел белый как полотно и смотрел на зеленый клочок бумаги.
- Это почерк Жени, - наконец выдавил он. - Я не могу ошибиться, я же смотрел записные книжки, где ее рукой написаны телефоны и имена. У Рубцова почерк совсем другой. Сами посмотрите.
Три головы склонились над столом, где лежали документы, письма и записки, написанные как Женей Рубцовой, так и ее отцом. Первым подал голос Зарубин.
