Однако порыв довольно скоро начал угасать, стоило Насте примерить первую же юбку. Нет, не может она это носить, невозможно в один день сломать привычку, сложившуюся за столько лет. Ноги какие-то голые, обувь в глаза бросается, в спортивных ботинках уже не походишь, а в туфлях на каблуках она не выдержит целый день, особенно если не удастся тихонько отсидеться в кабинете и придется куда-то ехать. Ну ладно, сделаем поблажку, решила Настя, юбки носить не будем, но и джинсы пока оставим, попробуем брюки. А вместо удобных, не стесняющих движений маек наденем блузку с короткими рукавами.
- Леш, - спросила она, заглядывая на кухню, где Чистяков после завтрака не спеша раскладывал пасьянс, - а что у нас с финансами происходит? Еще много осталось насобирать, чтобы заплатить налог?
- Дней десять, если мои птенчики будут здоровы и не станут отлынивать от занятий. - Он помахал в воздухе картой, выбирая, куда бы ее положить. - Ты не волнуйся, к пятнадцатому июля я должен успеть. Ты уже уходишь?
- Да, я помчалась.
Настя сделала шаг вперед, собираясь подойти к мужу и поцеловать его на прощание, и задела ногой стоящую на полу мисочку, из которой еще несколько дней назад пил воду щенок.
- Ася, давай я ее все-таки уберу, ты же постоянно о нее спотыкаешься. Ну что за детский сад, честное слово!
- Нет, - она упрямо мотнула головой. - Пусть стоит. Я буду тренироваться, я буду смотреть на нее до тех пор, пока не свыкнусь с мыслью, что щенка больше нет.
Голос ее дрогнул, совершенно очевидно, что время убирать мисочку еще не пришло. Но расплакаться в очередной раз Настя не успела, ее отвлек звонок телефона."
"- Настюха, тут такое дело, - услышала она голос Короткова. - Светлана Медведева в больнице. Сильно избита и, похоже, изнасилована. Поедешь сама или кого-то другого послать?
- Сама поеду. А ты туда Мишу подошли на всякий случай.
- Лады. Адрес записывай.









