4
0Она, словно, сомнамбула, раскачивалась из стороны в сторону.
«Сын? — позвал я тот комочек света, что сейчас испуганно притаился внутри неё. — Помоги мне!»
«Как?» — пришло мне эхо ответа.
«У тебя есть доступ к памяти рода, я покажу, как слиться с ней. Нужно показать маме, что род продолжится! Что она не одна, мы есть у неё!»
«Хорошо!»
Я пустил кровь себе и Тэймэй, смешивая их. Пусть между нами и так была кровная связь, да ещё и дублирующий контур на всём её организме, но для взаимодействия с сыном нужно было слияние здесь и сейчас.
Я медленно показывал, как следовать по древу родовой памяти крови к предку-основателю.
«Что дальше?»
«Покажи, что считаешь нужным!»
С минуту ничего не происходило, а затем сфера вспыхнула разрядами молний, и Иллюзинариум накрыло громовыми раскатами. Под проливным дождём стоял на одном колене воин, покрытый кровью с головы до пят и опирающийся на меч. Вокруг был только шум грозы, а затем воин поднял глаза алого цвета к небу и прокричал:
— Будьте вы прокляты!
Дальше пошла череда войн, рождений и смертей.
"Люди молчали, видя ожившие картины прошлого легендарного рода, тысячелетиями проливавшего кровь за империю и её подданных. Были битвы, где с князьями Инари бок о бок воевали драконы, единороги, горгульи и прочая полулегендарная живность, разрывая врагов в клочья и умирая под ударами магий, мечей и копий.
Однажды, когда один из князей Инари стоял против надвигающейся армии, ожидая подмоги из императорского замка, он так её и не дождался. За его спиной было укрепление, где укрылись жители из окрестных деревень. Они видели одинокого воина, который смело встречал собственную смерть. Не дрогнул и не отступил даже на шаг. А за ним из земли вырастала огромная сфера, накрывающая людей в последней попытке защитить.
Это был тот самый Иллюзинариум, в котором мы сейчас находились. Поколения предков Тэймэй оживали стараниями сына.
Когда под куполом сферы появилась брачная церемония родителей Тэймэй, проняло даже меня. Осыпающиеся лепестки сакуры сменили иллюзию на появление любимой дочурки, игры с ней и подбрасывания в воздух смеющейся малышки. Любящий муж и отец с дочуркой на руках и красавица-жена с ладошками на животе отправились на морскую прогулку.
Прорыв. Кровь. Боль. Смерть. Кислота, разъедающая всё и вся.
