9
0
* * *С того вечера, когда магия огня и льда впервые проснулась в ней, Кирана стала всегда брать с собой на тренировки Арву. Ведь именно арктическая волчица не побоялась за волосы вытянуть охотницу из стремительно углубляющейся проталины. Сама девушка плохо что-либо соображала, умудрившись бесконтрольной магией обжечь подругу. Хвала богам, что огонь погас так же быстро, как и вспыхнул.
На некоторое время магия пришла в равновесие внутри охотницы. Под кожей вновь циркулировали искорки двух цветов. Правда, Кирана заметила, что аппетит у неё здорово увеличился. Сейчас она сметала по две, а то и три порции еды, но и тренировалась до седьмого пота.
За неделю магия льда ещё трижды прорывалась из девушки, но тут же сметалась огненными вспышками. Если лёд слушался охотницу, то огонь, увы, нет. Как ни старалась Кирана, но пламя ей не подчинялось. Оно имело собственную волю, не терпело указаний и просьб. На любые ограничения реагировало гневом и прорывалось, уничтожая лёд с ощутимым удовольствием.
Когда до Дикой охоты оставалась всего неделя, старая Нарва за ужином обратилась к приёмной дочери:
— Нужно ехать к шаману. Ещё есть время. Может, он поможет с магией.
Кирана сомневалась, что повторный визит что-то решит. Мог бы, помог бы ещё в первый раз. Да и тратить драгоценное время на поездку вместо тренировок не хотелось. На носу важнейшее событие её жизни, а мать тянет в Ледяные пустоши за неведомым советом.
— Я не уверена, что есть смысл. Он же сказал, что магия сама перестроит тело и придёт в равновесие. Зачем тратить время?
— Я наблюдала за тобой. Тебя слушает лёд, но пламя… Оно когда-нибудь сожжёт тебя. Две противоборствующие стихии в одном сосуде не должны были сосуществовать, — Нарва сидела у очага и что-то вырезала из бивня мамотуса. Сосредоточенный взгляд, скупые размеренные движения и скрип кости о кость.
— Я справлюсь, — Кирана подошла к матери со спины и обняла за плечи. — Это же часть меня, она не должна вредить мне.
— Ох, детка… — Нарва погладила мозолистой ладонью руку дочери, — люди и сами-то стремятся к самоуничтожению, что уж про магию говорить. Лёд и пламя всегда будут бороться, как свет и тьма, как жизнь и смерть.
— Но ведь есть равновесие… должно быть! — продолжала упорствовать Кирана со всем пылом, свойственным молодости. — Свет сменяется тьмой, и наоборот, жизнь оканчивается смертью, но все мы идём на перерождение в Реку Времени и снова обретаем жизнь. Не может быть, чтобы пламя не смогло смениться льдом и наоборот.
— Моя маленькая девочка, мы живём в землях бесконечного холода. Ни разу он не сменялся теплом. Ни разу, — Нарва отложила работу по кости и приоткрыла крышку на котле в очаге.
