Клуб убийств по четвергам

Обещали, что постараются узнать, но по голосу Корнелиуса слышно было: терпение у него на исходе.

Но вот что еще не дает мне уснуть. Название.

«Холдинги Брамли»? Что-то напоминает, а что – не вспомнить. Элизабет говорит, они берут названия от фонаря, и, может быть, она права, но у меня в голове включился сигнал тревоги и никак мне его не выключить.

Брамли?.. Где же я это слышала? Знаю, я стара, но уж не настолько, и не говорите мне про сорт яблок. Тут что-то поважнее.

Сегодня ко мне заглянула Энн, которая выпускает «Куперсчейз без купюр». Когда теряешь друга, люди всегда заглядывают тебя навестить.

Мы все уже заучили подходящие к случаю слова. Достаточно часто их произносим."

"Не думаю, что это просто из вежливости, но Энн спросила, не смогу ли я вести колонку для «Без купюр». Она знает, что я люблю писать, и знает, что я во все сую свой нос, так не возьмусь ли я написать что-нибудь о куперсчейзских делах. Я, конечно, согласилась, а называться будет: «Джойс все видит» – мне нравится. Я предлагала: «Джойс слышит голоса», но Энн сказала, это отдает психиатрией. Она просила мою фотографию, завтра переберу свои и найду посимпатичнее.

Еще мы завтра едем повидать Гордона Плейфейра. Тот фермер с вершины холма – он один может вспомнить, кто жил здесь в начале семидесятых и живет до сих пор. Он и близко не подходил к Вентаму в день убийства, так что вряд ли его можно считать подозреваемым, но мы надеемся, что он вспомнит что-то полезное про те давние годы.

Надо еще раз попробовать заснуть.

Глава 91

– Своеобразие? – смеется Гордон Плейфейр. – Это у меня-то? Мы с вами понимаем, что это старая развалюха для старой развалины.

– Все мы понемногу разваливаемся, Гордон, – замечает Элизабет.

Прогулка к ферме Плейфейра вышла дольше, чем предполагалось, потому что полиция отгородила Сад вечного покоя кордоном. Все рассказывали о двух патрульных машинах и белом фургоне – экспертизы, по общему мнению, – которые осторожно подъехали в десять утра, после чего множество сотрудников в белых комбинезонах с лопатами в руках отправились на холм. Мартин Седж живет в Ларкин на верхнем этаже и наблюдает за местностью с биноклем, но пока у него нет новостей. По последним отчетам: «Что-то копают».

– Мы с этим домом вместе состарились.

Крыша рассыпается, – говорит Гордон и ерошит последние сохранившиеся у него на голове пряди волос. – Скрипит, чему скрипеть не положено. Трубы подтекают. Мы с ним похожи.

– Мы вас не слишком беспокоим? Наш поселок? – спрашивает Элизабет.

– Мне здесь ни звука не слышно, – отвечает Гордон. – Как будто внизу по-прежнему монахини.

– Вы зашли бы как-нибудь к нам в гости, – приглашает Джойс. – У нас ресторан, бассейн. И зумба.

– В прежние-то времена я спускался. Потереться среди людей, поболтать.