Клуб убийств по четвергам

– Просто сгоняю вес, – отвечает Бернард.

– Какое место для могилы! – говорит Ибрагим. – Вы так не считаете?

– Если уж ложиться в могилу, – отвечает Бернард.

– Печально, но это ждет каждого. Сколько бы мы ни ели орехов.

– Не в обиду вам, но мне было бы очень приятно посидеть в тишине, – говорит Бернард.

– В этом есть свой резон, – кивает Ибрагим. И ест орешки.

Двое мужчин любуются видом. Потом Ибрагим оборачивается и видит Рона, который, стараясь не хромать, поднимается по тропинке. Трость при нем, но Рон на нее не опирается.

– О, хорошо-то как, – говорит Ибрагим.

Бернард смотрит и чуть заметно поджимает губы.

Рон добирается до скамьи. И садится по другую сторону от Бернарда.

– Доброго денечка, джентльмены, – здоровается он.

– Добрый день, Рон, – отзывается Ибрагим.

– Ну что, Бернард, старина, – говорит Рон, – все сторожишь?

Бернард смотрит на него.

– Сторожу?

– Кладбище. Сидишь здесь, как гномик. «Никто не пройдет» и все такое. Что за дела?

– Бернарду хочется тишины, Рон, – говорит Ибрагим. – Так он мне сказал.

– Какая там тишина, когда я тут! – заявляет Рон. – Ну, давай колись, дружище.

– Запрятал? – повторяет Бернард.

– На эти штучки со скорбью меня, сынок, не купишь. Все мы скучаем по женам, со всем к ним почтением. Но тут что-то другое.

– Я думаю, горе сказывается на людях по-разному, Рон, – говорит Ибрагим. – Поведение Бернарда не так уж необычно.

– Не знаю, Айб, – отвечает Рон и, покачав головой, обводит взглядом холмы. – Тут одного прикончили, когда он просто хотел срыть кладбище. Бернард что ни день сидит у этого кладбища. По мне, это другое.

– Так вот в чем дело? – ровным, спокойным голосом произносит Бернард, отказываясь взглянуть на Рона.

– Ага, Бернард, в этом самом и дело, – подтверждает Рон. – Кто-то вколол тому парню яд, смертельный. Мы все его хватали, помнишь? Это мог сделать любой из нас.

– Нам просто требуется исключить кое-кого из расследования, – говорит Ибрагим.

– Может, у тебя были на то веские причины? – говорит Рон.

– Какие могут быть причины для убийства, Рон? – возражает Бернард.

Рон пожимает плечами.

– Может, ты что-то запрятал там, на кладбище. Ты диабетик? Со шприцем ловко управляешься?

– Как все мы, Рон, – напоминает Бернард.

– Где ты был в семидесятых, дружище? Ты из местных?

– Какой странный вопрос, Рон, – отвечает Бернард. – Извини, конечно.

– А все-таки? – настаивает Рон.

– Мы просто изучаем версии, – говорит Ибрагим. – Всех расспрашиваем.

Бернард оборачивается к нему.

– Это такая игра? В доброго полицейского и злого полицейского?

Ибрагим размышляет над вопросом.

– Ну да, это идея. Психологически это бывает очень действенно. Если вам интересно, могу дать почитать одну книгу.