2
0
«Да», – сказал Штеффен, протягивая руку и вручая ей лук.
Гвен взяла его, поставила в него стрелу, впервые испытав волнение.
«Натяните ее, позвольте мне увидеть Вашу форму», – попросил он.
Гвен оттянула тетиву трясущимися руками.
«Ваш локоть должен быть выше. И Вы должны подтянуть пальцы ближе к подбородку. Ваш подбородок должен находиться ниже, Ваши глаза дрожат. Выберите один глаз. Не думайте слишком долго. И не держите стрелу слишком долго, иначе Ваши руки станут дрожать».
Гвен отпустила стрелу, но она снова лишь слегка коснулась мишени, хотя в этот раз ближе к центру.
«Сегодня сильный ветер», – сказал Штеффен. – «Вы должны принимать это во внимание. Кроме того, Вы стоите на склоне. Вы должны урегулировать оба эти момента. В конце концов, этот лук слишком тяжелый для вас. Это необходимо учитывать. Отрегулировать, направить немного выше и больше направо. И немного согните колени – они закрыты. Это позволит Вам дышать. Глубоко дышите и отпускайте стрелу тогда, когда достигните пика своего дыхания».
Гвен сделала все так, как сказал Штеффен и, когда она выпустила эту стрелу, в этот раз она летела по-другому.
"Она услышала, как стрела вонзилась в мишень, и вскрикнула от восторга, увидев, что она попала в самое яблочко.
Штеффен тоже широко улыбнулся и хлопнул в ладоши.
«Боже, Вы быстро учитесь!» – сказал он.
«Ты хороший учитель», – ответила Гвен, сияя и гордясь собой.
Внезапно находившийся с ними Крон начал рычать. Он весь ощетинился и, обернувшись, глядя на пустой горизонт, зарычал.
«Крон, что это?» – спросила Гвен.
Леопард продолжал рычать, и Гвен со Штеффеном удивленно переглянулись. Гвен начала беспокоиться о поведении Крона.
Вдруг раздался ужасный грохот, напоминающий гром, и на горизонте появилось около дюжины лошадей, на которых восседали мужчины в желто-зеленой броне. Ее сердце замерло, когда девушка мгновенно узнала всадников – Неварунс. Гвен предполагала, что они уехали навсегда, после того, как их прогнали у Оружейного Зала. Но, очевидно, они ждали своего шанса, момента, когда она не будет ожидать.
Теперь они скакали прямо к ней.
Гвен ругала себя за то, что была так глупа. Ей не следовало бы оставаться уязвимой, одинокой на этих холмах, особенно без своего коня, который помог бы ей сбежать.
Но, кроме того, ее сердце было полно силы, и девушка почувствовала, как в ее жилах поднимается гнев. В конце концов, она была дочерью МакГила, дочерью короля, и она носила в себе королевскую гордость.
