Херувим

Значит, пять лет назад он должен был вернуться. Ты что-нибудь знаешь о нем?

– Честно говоря, не интересовался.

– Тебе его жалко?

– Наверное, жалко, – кивнул Сергей, – впрочем, он убийца.

– В общем, тебе все равно? – уточнила Эвелина.

– Господи, Линка, ну что ты тянешь? Какая разница, все равно мне или нет? Ты ведь хочешь сообщить мне нечто важное и интересное?

– Ох, не знаю. Может, все это вообще бред пьяного Петьки. Скажи честно, ты действительно окучивал Машу на глазах у ее воздыхателя?

– Честно, не помню, кого и как я окучивал на третьем курсе.

Девочек у нас было мало, а Михеев ревновал Машу к каждому телеграфному столбу. Не только я к ней клеился."

"– Ладно, не перебивай, – поморщилась Эвелина, – слушай. Мазо уверял меня, будто встретил Михеева полтора года назад в аэропорту Шереметьево-2. Знаешь, там в международной зоне есть бар на втором этаже. Так вот, Петя летел во Франкфурт на книжную ярмарку. Зашел в бар. За соседним столиком сидела компания, четыре человека. Два молодых громилы, вроде охранников. Девица потрясающей красоты и пожилой мужик, похожий на бизнесмена или авторитета.

В лице что-то жутко знакомое. Он смотрел, смотрел, но узнал его, когда услышал голос, кинулся к нему, завопил на весь аэропорт: «Мультик! Ты?» – но два качка его близко не подпустили, а Михеев изобразил вежливое недоумение: «Простите, я вас не знаю».

– Может, твой Мазо и правда обознался? – осторожно предположил Сергей и положил в рот кусок колбасы. Она оказалась страшно острой, он поперхнулся, закашлялся. Эвелина встала, шарахнула его по спине так, что пошел звон, и, наклонившись к его уху, прошептала:

– Он клялся, что нет.

Более того. С ним на ярмарку летели еще несколько человек из издательства, в том числе коммерческий директор, который знает всех на свете. Петя потом еще раз увидел того типа, в дьюти-фри, и потихоньку показал его директору, а тот и говорит: «Как, ты не знаешь? Это же сам Палыч, известный авторитет!» Вот так, Стасик. Михеева звали Юрий Павлович. Отчество совпало, да и вообще у Мазо потрясающая память на лица. Не обознался он.

– Ну в таком случае этот Михеев просто не хотел после зоны общаться с людьми из прошлой жизни, – пожал плечами Сергей, – вполне понятно.

– Что тебе понятно?! – хрипло закричала Эвелина. – Михеев умер от туберкулеза в девяносто пятом! Петя потом специально навел справки, у него есть знакомые в МВД.

– Виски с шампанским, говоришь? – задумчиво протянул Сергей. – И часто твой главный редактор принимает такой коктейль?

– Да, да, Петя любит выпить. Язык у него заплетается, но голова работает неплохо, уж поверь мне. Я в таких вещах разбираюсь.