Хан

— Дорогие посетители, напоминаю, что сегодня мы работаем до 16 и закрываемся! — слышала я бодрый и довольный голос Джеки, которая порхала между столиков с жующими людьми, с самого утра пребывая в хорошем настроении, потому что именно сегодня был большой праздник, к которому девочки готовились уже вот как вторую неделю — день рождения нашей Джанет.

Походы по магазинам за новыми платьями, прически и фееричное шоу, которое должно было состояться сегодня, чего я ждала с некоторым опасением, от души радуясь тому, что подруги были искренне счастливы этими приятными хлопотами.

— Ириска! Вот последние заказы! — когда Джеки вплыла на кухню, отдавая листик с записями, я лишь улыбнулась, — Джанет ушла домой пораньше, чтобы встретить Сибель. Последние приготовления к балу! Кстати, ты идешь с нами!

-..но, Джеки….

— Никаких «но»! Разве ты не помнишь, что сказала нам Джанет утром? На этот день мы в полном ее распоряжении, как две рабыни! Не будем портить праздник нашей Худышке! В конце — концов, 25 лет бывает раз в жизни!.

Как и 26, и 27, но Джеки была права. Мы не могли испортить это день, после всего, что с нами было.

После всего, что мы пережили за это столь короткое, но такое насыщенное событиями, время.

Сегодня я проснулась оттого, что и Джеки и Джанет лежали рядом, сжимая меня с двух сторон в своих объятьях, сначала перепугав."

"— С тебя началась наша новая жизнь, Ириска. Ты — наш ангел-хранитель, хотя мы и не сразу привыкли к твоим белым крылышкам, — улыбалась Джанет, которая в принципе редко выражала свою нежность, отчего слезы задрожали на моих ресницах, и снова вспомнился тот страшный день, который нас объединил.

Я никогда не видела столько жестокости и упрека в людях, до тех пор, пока не попала сюда.

Но тот день был апогеем всего самого жуткого и ужасного, что только я могла представить…

Родители были мертвы.

Кафе приносило одни страдания и унижения…еще над душой висел этот долг Хану…

Я научилась передвигаться до дома быстро и почти незаметно, чтобы люди не видели меня, и не было возможности причинить какой-нибудь вред…

Но то, что я увидела в тот день не дало мне пройти мимо…

Даже если потом пришлось долго лечить свои раны.

От криков и ругани большого темного мужчины, люди с интересом выглядывали даже из окон, едва не вываливаясь, и я остановилась за углом дома, понимая, что самым лучшим будет обойти это место, как можно дальше. Меня и так не любили, и воспринимали в штыки, даже если я просто проходила мимо обычных на вид спокойных людей, а тут какой-то маньяк, который орал, словно его резали, извергая из себя десятки ругательств, запинывая ногами кого-то, кто лежал внизу….

….