1
0"4 день месяца Летних Волн 389 года круга Скал.
Итак, все стало ясно раз и навсегда. Ученый без гроша за душой не смеет претендовать на родство с господином ректором, ведь дочь господина ректора просто обязана стать баронессой. Я видел жениха: грубое, вульгарное животное. Господин барон Штефан Хелльвальдер будут изменять жене со служанками, махать шпагой, вонять вином и конским потом, но какое это имеет значения, если он дворянин?! Белая кость, голубая кровь, владения в Ноймаринен и родство с графами Гогенлоэ. Смею ли я удивляться, что белокурая Ортанс отдала этому совершенству руку, а ее родители плакали от умиления. Свадьба, разумеется, будет в Олларии, где родичи жениха уже сняли дом.
Балы, травля, игры - до чего ж наше дворянство охоче до пустых забав, и это когда ученые видят мясо только по праздникам и годами ходят в одних башмаках. Разумеется, господина ректора и господ магнусов факультетов и старших магистров это не касается - у них есть все, но им нужны титулы, они желают сидеть за одни столом с полуграмотными бездельниками, чьи предки в свое время догадались ограбить тех, кто не умел махать мечами.
Ортанс покраснела и сказала, что сожалеет, но воля папеньки… Если б только папеньки! В глазах, за которые я готов был тысячу тысяч раз умереть, да что там умереть, отказаться от того, что мне всего дороже, от моей науки, читалось: я стану баронессой! Прав, тысячу раз прав Вальтер Дидерих, сказавший, что «тщеславье женское сильней мужского, как лис сильней убогого зайчонка». Что ж, невеста получит ко дню свадьбы достойный ее подарок, а у меня остается моя наука и моя книга. Их у меня не отнимет никто. Увы, в последний год я забросил литературные труда, поддавшись очарованию никчемного и пустого создания, но теперь я знаю цену женскому тщеславию.
27 день месяца Осенних скал 392 года круга Скал.
Я полагал, что у меня остается моя работа, но господин ректор лишил меня и ее. Мне, лучшему знатоку талигойской поэзии и драмы, предстоит обучать недорослей, не знающих, куда впадает Рассанна и чем анапест отличается от амфибрахия!
Господин ректор улыбался, когда говорил, что не мог предложить столь замечательную вакансию женатому человеку, так как это потребовало бы разлуки с семейством, но поскольку я холост и в ближайшее время не намерен жениться… В ближайшее время?! Я никогда не женюсь, не утоплю свое призвание в ворохе женских юбок и чепцов, но отдать шестнадцать лет жизни юным мерзавцам?! Отец Ортанс бил наверняка - если б я отказался, мне пришлось бы возмещать деньги, затраченные короной на мое обучение в Академии, но откуда мне, жалкому подкидышу, найти восемь тысяч таллов? Я не сановный вор, не обдирающая крестьян скотина и не жирный епископ.
